Книга Двенадцать дней Коляды, страница 39 – Рита Хоффман

— Дело страшное, а вы сказки придумываете! – Есения покачала головой. – Не стыдно вам?

— Беда в том, что не врут они. – Ёрш устало провел ладонью по лицу. – Или им кажется, что не врут.

— Что видели? – Бабка села на табурет.

Варна повторила все, что рассказала ночью. Ведунья качала головой, хмурилась, потом из кармана камешки достала, кинула их на стол и задумалась.

— Нет колдовства на вас, не вижу я морока. Так что ж это, как это… – Взгляд старухи метался от одного лица к другому, она покряхтывала, пыталась осознать то, что услышала. – Погибель наша пришла. То Светозарные со своими иконами приедут, то…

— Противник странный, но почему сразу погибель? – ворчливо спросил Дарий.

— Странный? Мальчик, что ты знаешь о Яге?

— Ну, истории всякие. Сидит себе, ест детей, взрослыми тоже не брезгует. – Он пожал плечами.

— Она стражница заблудших душ. – Ворожея еще раз бросила камни на стол. – Не убить ее вам ни огнем, ни мечом, стоит Яга одной ногой в мире живых, другой – в мире мертвых.

— Где-то я это уже слышала, – пробормотала Варна.

Ёрш бросил на нее вопрошающий взгляд, но она предпочла сделать вид, что ничего не заметила. Обижается все еще, взрослая ведь девка, а все губы дует как ребенок.

— Если не уйдет она из этих мест, не станет села нашего, – тоскливо сказала Есения. – Когда такая сила рядом, люди болеть начинают, в огородах не растет ничего, помрем если не от хвори, то от голода.

— Наверняка и на нее управа есть, – сказала Варна. – Кого мы только не ловили, неужели сила ее настолько велика?

— А что ж вы, и на старых богов охотились? Хотя от вашего брата ожидать можно чего угодно. – В голосе старухи появилась неприкрытая неприязнь. – Уезжайте, целее будете.

— Нас вызвали. Мы не можем просто отказаться от охоты, – сказал Дарий.

— С каких пор Взвод до последнего бьется? – Старуха прищурилась. – Ладно ты, покойник, а девица что? Тоже смерти ищешь?

— Не ищу. – Варна откинула косу за спину. – Говори, что про Ягу знаешь. Если это и правда она, будет что соратникам рассказать за кружкой браги.

— Не доживешь ты до этой встречи, если в избу полезешь, – предупредила ворожея. – Это тебе не упырь, понимаешь?

— На слово я давно никому не верю, – упрямо заявила Варна. – Может, и не существует никакой Ягини. Вдруг это колдовство? Да, сталкиваться с таким нам еще не приходилось, но я уверена, что это все-таки морок. А его можно рассеять.

— Упрямая, что баран, – проворчала Есения. – Жить предпочитает бабка за водой – за реками, у озер…

— На болоте, – не удержался Ёрш.

— На болоте, – кивнула ворожея. – Кто-то говорит, что слепа она, кто-то – что зрячая. Летать умеет, как ведьма, – на суку или в ступе.

— Для полетов ей тоже варить младенцев приходится? – спросил Дарий.

— Нет. Ее колдовство сильно настолько, что ритуалы ей не нужны.

— Какое отношение она имеет к Зверю? – спросила Варна.

— Он ей никем не приходится, они вроде как из разных миров. – На лице старухи отразилось напряжение. – Не могу объяснить.

— Зверь – отец зла. Выходит, она ему служит?

— Не выходит, – покачала головой Есения.

— Прекрати загадками говорить! – Варна ударила кулаком по столу, камешки жалобно задребезжали.

— Она сторожит мертвых! – рявкнула старуха в ответ. – Никто не властен над ней – ни Зверь, ни Слово. Яга живет вне времени, вне миров, видит одновременно и Явь, и Навь.