Книга Двенадцать дней Коляды, страница 36 – Рита Хоффман

Думал о житейских делах, старался не вспоминать, что на дворе Коляда. Страшное время, а народ знай себе веселится, наряды шьет. Тьфу!

Плюнул Ёрш на землю, головой покачал. Это ж надо столько лет повторять одни и те же ошибки – ворожат, гадают, а ведь в эти дни Навь к самой границе Яви подбирается, тянут мертвые свои лапы к миру живых, а те и рады. Суженых, черт бы их взял, ищут! Знали бы они, кого призывают…

Зайца и правда в силках нашел, упитанный был, шкура блестела, где ж его так откормили? Взял за уши, посмотрел в глаза перепуганные, вздохнул и в снег опустил. От такой неожиданной удачи животное растерялось, но через миг унеслось обратно в лес. Пусть бежит, хоть одну душу спас, а щи и на воде сварить можно.

Как темнеть начало, Ёрш запер дверь, окна завесил, всего пару свечей оставил зажженными, сел у печи и начал фигурки из дерева вырезать. Спокойно так, тепло, ножичек знай себе скользит, бороздки за собой оставляет. Хорошо.

Звук ломающихся веток он услышал задолго до того, как незваные гости к дому подобрались. Ёрш встал нехотя, потянулся за мечом. Охотиться-то он бросил, но оружие всегда наготове, заточено, начищено. Отшельники только в сказках тщедушные и безобидные, он отпор любому разбойнику даст.

Ёрш задул свечи, подкрался к окну, отодвинул занавеску и пригляделся – ничего, темнота – хоть глаз выколи. Не могут же гости на ощупь идти? Подойдут ближе, факел сразу видно будет.

Ветки трещали, а к дому никто не подходил. Может, медведь? Так в эту пору косолапому спать положено, что он тут забыл? А волки столько шуму не поднимают.

Ёрш открыл дверь, вышел на улицу. Не дело это, в доме прятаться, он тут хозяин, это его следует бояться. Стоял, осматривался, да только тьма-тьмущая вокруг, хоть как глаза напрягай, ничего не разглядишь.

— Эй! – рявкнул он. – Выходи подобру-поздорову!

В лесу все затихло, но через пару мгновений послышались шаги. Он сжал рукоять меча, приготовился нападать – судя по всему, человек не один. Шаги уверенные, незваные гости не крадутся, значит, вооружены. Зараза.

Ёрш не стал дожидаться, пока на него нападут, сам кинулся навстречу с грозным рыком. Вовек не забудут его, если живыми уйдут!

Он сбил одного с ног, второго с размаху рукоятью приложил. Упавший в снег человек завопил:

— Ёрш! Матерь Божья, это мы!

Он схватил незнакомца за грудки, приподнял, чтобы разглядеть, да так и отпрянул, чуть меч не выронил, раззява старый. Смотрели на него глаза белесые, с трудом, но он узнал мертвеца.

— А что это вы тут забыли?! – заорал Ёрш скорее с перепугу, чем от злости.

— С этого мог и начать, – прошипела девчонка. – А ты сразу в драку полез!

— Да кто в здравом уме станет в лесу ошиваться, еще и в колядские ночи?! – Ёрш устыдился, понизил голос. – Как вы тут оказались? Как нашли меня?

— Может, сначала в дом проведешь нас? Я кровью истекаю.

Делать нечего, он махнул рукой, позволил им за собой идти.

Этих детишек гнать было ни к чему, давно знакомы, вместе вступили в ряды Мрачного Взвода. Один из них, правда, мертвый, но это его хуже не делает. Башковитый паренек, судьба у него незавидная.

Ёрш закрыл за ними дверь, зажег свечи, даже лампу принес, чтобы света больше было. Девчонка хмурилась, брови черные-черные над переносицей сошлись, со лба кровь бежит – знатно он ее приложил. Паренек на кособокий табурет уселся, плащ расстегнул, оглядывался с любопытством.