Книга Газолин, страница 32 – Виктория Голубева

Третий раз за вечер сердце будто останавливается. Грудь внезапно сдавливает, и становится трудно дышать.

— Рада познакомиться, – выдавливаю я, пожимая протянутую руку.

Аманда выглядит именно так, как обычно представляют себе партнера консалтинговой компании. Темное каре, идеально ухоженное лицо без единой морщины. На ней белое платье с асимметричным вырезом и броские украшения: коктейльное кольцо и яркая брошь. Сними их, и можно возвращаться в офис. Брошь, кстати, очень ничего. Похожа на миниатюрную солнечную систему: звезда в центре, а вокруг тонкие кольца орбит со сверкающими камнями-планетами.

— Нина как раз ищет стажировку. Как думаешь, сможем найти ей местечко в Сити? – Отец подмигивает бедной женщине, и мне становится неловко от того, как он меня сватает.

Неожиданно меня спасает звонок: у Аманды вибрирует телефон, и, извинившись, она удаляется.

— Пап, я сейчас. – Пользуюсь случаем и отхожу от отца. В груди каждый вдох отдается болью, но я настроена решительно и направляюсь к Джорджу. Вдруг вижу, что навстречу идет мама. О нет, только не сейчас.

Мгновенно разворачиваюсь, и тут грудь слева пронзает острая боль. Шум давит.

Дышать. Не могу дышать.

Спешу наверх. Слышу только звонкий стук каблуков по паркету. Забегаю в свою комнату, захлопываю дверь и поворачиваю ключ в замке. Оседаю на пол, подтягиваю колени к груди.

Пытаюсь вдохнуть, но в груди колет, а боль отдает в руку. Мне всего двадцать три – неужели это сердечный приступ?!

Скидываю туфли и швыряю их вглубь комнаты.

Платье душит, словно оковы, которые медленно сжимаются. Меня накрывает волна паники. Дергаю молнию, но она не поддается. Заело!

Изо всех сил рву застежку. Ткань трещит, но мне все равно. Лишь бы снять. Поскорее снять. Срываю платье с себя и падаю на пол. Сердце колет, легкие разрывает. Да что со мной?

Дышу в четверть вдоха. Хоть так – лишь бы воздух попадал в легкие.

Не знаю, сколько проходит времени, пока я лежу, но вдруг осознаю: я снова могу дышать. Открываю глаза. Я жива.

И теперь отчетливо понимаю: так дальше нельзя.

Предложение от мужчины, который мне изменяет.

Работа, о которой думать тошно.

От мыслей о будущем, что выбрали за меня, снова становится тяжело дышать. Но я поднимаюсь с пола.

Я так больше не могу. Это не моя жизнь. Она душит меня. Что же делать?

Решение приходит само собой: я уйду. Я уже думала об этом совсем недавно – на том гала-вечере ФИА. Тогда не решилась, но сегодня смогу.

Боясь передумать, достаю из гардеробной чемодан и рюкзак, кладу их на кровать.

Что взять с собой? Смотрю на платья, блузки, юбки – почти все куплено мамой или выбрано с оглядкой на ее вкус. Кажется, чемодан и вовсе не понадобится.

Хватаю джинсы, натягиваю их. Сверху – белая футболка и черная толстовка. На ногах – старые белые кеды.

Взгляд падает на ряд школьных альбомов в дорогих кожаных переплетах, задвинутых в самый дальний угол шкафа.

Разные годы, разные страны. Постоянные переезды так и не позволили мне завести близких друзей в детстве. До двенадцати лет я успела поучиться во Франции, родной стране моего отца, а также в Италии и Швейцарии. Потом родители решили, что мне нужно постоянство, и отправили меня в частную школу-пансион в Англии. В их представлении о постоянстве семья почему-то не предусматривалась.