Книга Как переманить мужа на свою сторону. Книга 3, страница 12 – Spice&Kitty

— Энджо участвовал в наступлении на Римини, но, как всегда, попал в передрягу и получил от отца.

— Так похоже на него.

— Сейчас прячется в доме у матери. И вот такому человеку доверили командование папскими войсками. Когда же отец наконец возьмется за голову?

В сапфировых глазах мелькнули горечь и мрак. Я вспомнила о матери Чезаре и Энджо, которая была куртизанкой. Я редко видела ее: она почти не появлялась на публике, живя в уединении. Но каждый раз, когда я ее встречала, то не могла поверить, что эта женщина родила Чезаре.

— Честно говоря, эта роль подходит тебе больше, чем кому-либо. Но я бы не хотела, чтобы ты бродил по опасным местам.

Его застывшая, словно вырезанная ножом, улыбка немного смягчилась.

— Кстати, моя любимая сестренка, в последнее время отец не в духе. Конечно, из-за Энджо тоже, но и ты вдруг устроила неприятности.

«Да, большие неприятности. Сделала так, чтобы легко расторгнуть брак было невозможно».

Когда я открыла рот, чтобы что-то ответить, мелодия подошла к концу. В последние секунды Чезаре резко притянул меня в объятия и добавил до мурашек веселым тоном:

— Поговорим об этом позже, когда останемся вдвоем. Сейчас я должен осмотреть этот свинарник.

* * *

Фестиваль гладиаторских боев длится четыре дня. В первый день мы встречаем дворян из других стран и участников турнира, следующие два дня проходят бои, а затем и церемония закрытия.

Банкет стал отличной возможностью для налаживания связей и оценки навыков соперников как для высокопоставленных людей Романии, так и для делегатов союзных государств и участников боев. То же касалось молодых мужчин и женщин, мечтающих о сладких интрижках с чужеземцами.

Как всегда, первый день оказался самым насыщенным. Роскошный зал был наполнен трепещущими, горящими страстным желанием и сверкающими разными красками глазами, которые угаснут вместе с завершением фестиваля.

Однако Иске все это не интересовало. Прислонившись к колонне с золотой эмблемой, он покуривал листовой табак и потягивал алкоголь, не сводя глаз с центра зала. Несколько человек пытались завести беседу, но, наткнувшись на отталкивающую свирепую ауру, вмиг отступали. Герцог напоминал каменную статую – безусловно, прекрасную, но которой лучше любоваться издалека.

— На удивление, он довольно жизнерадостный. Вопреки дурной репутации, – вернувшись после энергичного танца, пробормотал Айван и закинул руку на плечо Иске.

Иске, даже не взглянув на друга, ответил:

— Похоже на то.

— До сих пор не могу понять, зачем ты нас просил об этом. Кто наплел тебе всякий бред?

— Какой бред?

— Неважно. Расслабься и не стой тут как истукан. А то выглядит так, что ты хвостиком таскаешься за женой. Если будешь так липнуть, даже настоящий ангел устанет от тебя. Идиот. – Айван, не уставая придираться, на удивление был сегодня в отличном настроении.

Возможно, причиной тому стал танец с Эленией.

В голове Иске промелькнула мысль, что между ними в последнее время творится что-то странное, но не обратил на это внимания, снова сконцентрировав взгляд на вальсировавших брате и сестре. Рудбекия кружилась в энергичном танце и, держась за руку Чезаре, выглядела искренне счастливой.

Как и сказал Айван, это было неожиданно. Удивляло поведение не только кардинала Валентина, но и Рудбекии. С момента их встречи и до сих пор она, казалось, была искренне рада его видеть. Брата, который не раз продавал ее. Конечно, решающее слово в помолвках оставалось за Папой Романским. Однако Иске не мог смотреть на Чезаре без раздражения. Он вспомнил о существовании этикета только из-за Рудбекии. Не хотел, чтобы, смотря на него, она чувствовала себя неуютно.