Книга Тысячи испытаний, страница 157 – Тан Ци

— Раз молчишь, значит, должна покраснеть. Но ты молчишь и не краснеешь. Почему же?

Почему? Конечно, потому что сдерживает себя изо всех сил. Богиня света почти не сомневалась: Лянь Сун нарочно пытается ее смутить. В этот миг досада возобладала над стыдом, и Цзу Ти толкнула этого несносного насмешника:

— Важные дела обсудили, обо всем поговорили. Почему ты еще здесь?

Но несносный насмешник даже не пошевелился – и остался сидеть все так же непозволительно близко. Положив черный веер на длинный короб у нее на коленях, бог воды улыбнулся:

— Я не договорил.

Когда Цзу Ти с любопытством подняла голову, Лянь Сун продолжил:

— Я знаю, ты ищешь досточтимого Бай Чжи из-за силы клинка Императора Запада. Мне неведомо, для чего именно тебе нужен лисий владыка. Ты не хочешь, чтобы я задавал вопросы, так что я, разумеется, не буду их задавать. Я только надеюсь, что все пройдет благополучно и ты достигнешь желаемого. Береги себя.

Это были такие ласковые, трогательные и нужные слова… Цзу Ти невольно подняла голову и посмотрела Лянь Суну в глаза. Сколько бы раз она ни смотрела в них, всегда думала: они прекрасны, словно самый прозрачный янтарь. И сейчас в нем застыло ее отражение. Взгляд, тягучий и густой, будто смола, вобрал ее всю целиком, поймал ее образ – поймал коварно и расчетливо – и затвердел, запечатав ее, такую неосторожную, навек.

Ни Лянь Сун, ни Цзу Ти не двигались. Вместе с ними, казалось, замерло само время.

Затем третий принц вдруг протянул руку к ее волосам. Цзу Ти невольно вздрогнула, что, конечно, от него не укрылось. Уголки губ бога воды слегка приподнялись, словно он посмеивался над ней. Цзу Ти следовало бы отступить, но, увидев эту улыбку, она усилием воли удержалась на месте. Этот несносный бог хотел увидеть, как она растеряется, смутится. Разумеется, Цзу Ти не могла доставить ему такого удовольствия! Лянь Сун невесомо коснулся ее волос. Должно быть, он хотел поправить заколку?..

Цзу Ти тут же получила подтверждение своей догадки:

— Заколка криво держалась.

Богиня света с облегчением выдохнула. Хорошо, что она не уклонилась, иначе этот негодяй снова бы посмеялся. Весь мир знал: младший сын Небесного владыки – сердцеед и распутник, нет ничего удивительного в том, что он позволяет себе подобные вольности. Наверное, это его обычная манера общения с девушками. Поначалу это несколько смущало, но теперь, кажется, Цзу Ти привыкла.

Лянь Сун придвинулся к ней почти вплотную, осторожно поправил заколку, еще раз попросил, чтобы она берегла себя, затем откинул занавес паланкина и ушел. О его недавнем присутствии напоминал только длинный короб с парчой, который богиня поставита на место напротив.

Лишь спустя некоторое время после его ухода Цзу Ти осознала, что вряд ли он всегда держал эту удивительную парчу при себе. Значит, он, догадавшись, что она собирается в Цинцю, прошлой ночью отправился за парчой либо на Небеса, либо в Сияющее море.

Будь то из-за клятвы Пожирания костей или чего-то еще, но Лянь Сун и впрямь очень хорошо к ней относился. И что же ей с ним делать? Цзу Ти вздохнула, подумала и решила: пусть порой третий принц ведет себя так, будто начисто лишен стыда и совести, раз он столь добр к ней, остается только смириться и принять его таким, какой он есть.