Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 141 – Ши Цзин

Яньпин-ван не сдержался и хлопнул в ладоши, воскликнув:

— Славный подарок!

Заразившись всеобщим любопытством, Шэнь Чжии предложила:

— Позови Цин Фэна! Пусть скрестит с тобой мечи. Испытаем твой новый клинок!

Янь Линь добродушно усмехнулся. До начала церемонии оставалось еще много времени, заняться было действительно нечем, поэтому он жестом приказал Цин Фэну принести второй меч. В его непринужденных манерах промелькнула беспечность, совсем как в прежние, беззаботные дни.

Цзян Сюэнин стояла внизу у ступеней, погрузившись в собственные мысли.

— Твой подарок мне по душе, – признался Янь Линь, обернувшись к ней.

Та не смогла улыбнуться в ответ.

— Я боялась не успеть.

Янь Линь рассмеялся, и его лицо озарилось мягким сиянием.

— Кто угодно мог опоздать и не прийти, но только не ты, – с несокрушимой уверенностью заявил он. – Я знал, что ты обязательно придешь.

«Я знал, что, даже если мне не судьба взять тебя в жены, даже если мой род вскоре сотрут с лица земли, ты все равно придешь. Никто ведь не сомневается, что палящее солнце взойдет на востоке, а могучие реки неотвратимо стремятся к синему морю. Это же очевидно, как непреложная истина».

В этот миг Цзян Сюэнин едва не заплакала. Юноша перед ней никогда не узнает, что возможность, которую он считал немыслимой, на самом деле существовала. Янь Линь искренне верил, что сумеет дождаться, однако в прошлой жизни – то ли по легкомыслию самой барышни, то ли из-за переполоха в усадьбе – он так и не увидел любимую в свой день рождения. Наверное, именно из-за безоговорочной веры его разочарование оказалось столь глубоким. Мало того, Цзян Сюэнин не только не пришла на церемонию, но и позже нанесла этому юноше еще более глубокую рану.

В той жизни она действительно была очень-очень дурным человеком.

* * *

Соученицы приехали в усадьбу почти одновременно, однако ни одна не решалась ни просто спросить, куда идти, ни ворваться внутрь, подобно старшей принцессе Лэян, увлекшей за собой Цзян Сюэнин. Пришлось сначала вручить приглашения управляющему у ворот и только потом войти.

Яо Си шла с опущенной головой позади Сяо Шу и Чэнь Шуи, окидывая отстраненным взглядом старинную усадьбу, хранящую память о вековых традициях. Девушки как раз собирались переступить порог главного зала, когда за спиной раздался голос. Очередной гость, передавая приглашение, тихо представился:

— Чжан Чжэ.

Барышня Яо слышала этот ровный, лишенный интонаций голос лишь однажды – во дворце Цынин, но он глубоко отпечатался в ее памяти. Девушка резко обернулась. Чжан Чжэ, поднявшись по ступеням, стоял перед входом, протягивая карточку. Взгляд опущен, выражение лица бесстрастное и невыразительное. Он был облачен не в чиновничьи одежды, а в неброское одеяние из тонкого темно-синего полотна с круглым воротом. Ни украшений, ни излишеств. Среди прочих гостей он казался почти незаметным, словно нарочно скрывался в тени, однако же Яо Си сразу его увидела. Чжан Чжэ, напротив, по сторонам не смотрел и, не обращая внимания на бывшую невесту, направился со служащими Палаты наказаний в один из боковых залов. Барышня ощутила прилив жгучей ненависти. Она стояла не двигаясь, пока его фигура не скрылась за резной створкой окна с узором в виде цветов водяного ореха. Тогда девушка сжала пальцы в кулак. С трудом подавив волну гнева, она шагнула вперед, однако, пребывая в смятенных чувствах, не поглядела, куда идет. Сяо Шу с остальными уже прошла дальше. В это мгновение навстречу из зала выходил мужчина в форменном одеянии с изображением летающей рыбы, и Яо Си, повернув голову, поняла, что едва не столкнулась с ним.