Книга Аморальные, страница 68 – Алайна Салах

— А чего, поближе ничего не смогла взять? Охуеешь каждый день отсюда в офис таскаться.

— Ну ты же каждый день таскаешься, — ржёт и потом резко серьёзной становится. — Хочешь, кстати, подняться?

У меня член уже сутки ватный от шока, но тут на автомате твердеет.

— А чего мы делать у тебя будем? — переспрашиваю и в глаза ей пялюсь, оценить, правильно ли вкурил намёк.

— Если ты действительно свободен, то можем делать всё, что захотим, — улыбается. — И чтобы ты лишнего не думал: в отношениях я не нуждаюсь и спонсор мне не нужен. Просто хочу классно продолжить вечер.

Я вина из горла отхлёбываю и разглядываю её в потёмках. Сочная она, конечно, тёлка, плюсом весёлая и с башкой. А дома пустота и опять хуева туча мыслей об овце, которой я вообще нихуя больше не должен.

— Если поднимусь, то стопудово потрахаемся, — сиплю. — Я эту хуйню уже не раз проходил, и на утро пиздец как ебанно было. Я хоть её и сукой конченой считаю, но всё равно… — я морщусь и снова винища глотаю. — Тебя ебать буду, а её представлять. Тебе вот нахер оно надо?

— Я тебя поняла, — Анька кивает и лыбится с намёком, что не обиделась. — Свободный ты только на словах. В любом случае, спасибо за вечер. Надеюсь, вы с девушкой помиритесь, и этот разговор никак не скажется на нашей совместной работе.

— Не ссы, — ухмыляюсь. — Всё, давай, дуй домой. И чтобы завтра в офисе, как штык.

Как только Анька из такси выплёвывается, водила музло вырубает и я в тишине качу дальше.

Дожил, блядь. Эмма меня во второй раз по-сучьи кинула, а я в отместку даже бабу выебать не могу.

Утром, как глаза разлепляю, начинаю ненавидеть эту суку ещё больше. Башка трещит так, будто на меня каску напялили размером с бульдожью черепушку и музло на громкость врубили.

Блядь, я ведь рядом с ней реально в скуфа превратился, о котором Дианка мечтала. С работы — домой, пиздёж, телек… Бухло только по выходным и то в меру. Ещё чуток — и баню бы на участке ебанул и ворота, чтобы футбол гонять.

С похмелья стояк такой, что хоть дрова им руби, но дрочить вообще неохота. Состояние прямо один в один, когда она с бабками моими съебала. И убить её охота, и хуево, что пиздец. Я реально не пойму, как в глаза можно за любовь затирать, а потом втихушку свалить.

Чего там Анька вчера мне лечила? Что бабы дуреют, когда детей касается? Не, я бы ещё понял, если бы о реальном ребёнке шла речь. А тут-то даже на горизонте никого не маячит. Залупилась она тупо потому, что мнениями не сошлись. У неё же как: есть её охуенное мнение и моё ебанное.

Я же, блядь, не пиздюк малолетний, чтобы мне вечно хуй к носу подводить и воспитывать. Разосрались — хер тебе, а не секс. Сильно разосрались — шмотки в зубы и по съёбам.

И вот пусть херово сейчас, как-нибудь перетерплю. Дел наберётся. Хоть работягам пизды давать, хоть на велике с Эриком рассекать и в СПА зависать. Бухать, как раньше, я точно пас. Сутки мозги поебал — и хватит. А то эта сучка начнёт потом всем рассказывать, что Костя-долбоёб не вывез и без неё спился.

А то, что к Аньке хватило мозгов не подняться — это, кстати, заебись. Меня ещё после расставания с Дианкой так мотало, потому что всякую дичь творил и наутро от себя воротило. Во второй раз в это говно вступать не буду.

Душ принимаю, в зеркало на себя смотрю и морщусь. Зенки краснющие, как будто, блядь, ревел всю ночь, и щёки запали. Полгода отжирался, чтобы тощей гончей не быть, и за сутки в бича какого-то превратился.