Книга Аморальные, страница 51 – Алайна Салах

— А чего он с девушку с собой не привез? Постеснялся?

— Ты чего доебался до меня? — рявкаю. — Подойди к нему да спроси.

Полторы неделю этой брошенке в жопу дул, чтобы с крыши ненароком не сиганул, а сейчас прямо въебать ему охота. Он так в смысле намекает, что бастард этот смазливый спецом телку не привез, чтобы к Эмме подкатить?

— Да нет уж, не буду, — бормочет. — Неудобно как-то.

И все нахуй. С этого момента прямо заклинило меня. За стол сели, Эмма рядом со мной, а этот напротив нее. Вроде блядь особо других вариантов и нет — либо так, либо Эрика двинуть, но мне все равно казаться начинает, что Аслан спецом это, чтобы глаза ей мозолить. Еще и потом рукава на толстовке закатал, как будто жилы свои растасканные захотел светануть.

Держусь, только потому что в курсе за свою ебанутость. Мне психологиня, у которой разок был, сказала, что в моменты когда плющить начинает, надо дышать поглубже и вспоминать, что попал в программу. Короче, программа прямо сейчас мне говорит, что Аслана надо размотать.

Хотя этого КМСника хуй размотаешь просто так. Если только в бассейн скинуть и лопатой его по башке ебашить, чтобы не вылез.

— А и давно ты стройкой занимаешься? — Эрик спрашивает.

— С восемнадцати наверное. Сначала сам с пацанами на чужих объектах шабашил, потом понемногу сам стал людей набирать.

— Аслан очень хорошо разбирается в отделке, — Эмма вставляет. — Эрик, если ремонт затеешь или еще один дом решишь построить — то рекомендую.

Этот заржал смущенно и тут же в обратку ей аллаверды кидает.

— Ты и сама хорошо во многих моментах разбираешься. Я еще таких подкованных девушек на стройке не видел.

Я чуть бокал в пальцах не мну. Ты глянь как заебись спелись. Прямо блядь соревнование устроили, кто кого в очко смачнее лизнет.

Финалочкой становится, когда Эмма в дом съебывает, и этот тут же идет отлить.

Эрик от винища и свободной жизни разомлел, сидит довольный и в хуй не брякает. А у меня, сука, прямо подгорает. Минуту высиживаю, потом с места срываюсь и за ними иду. В башке прямо колола бренчат и картинки всякие ебанные перед глазами плывут, как они сосутся.

В дом захожу, по сторонам оглядываюсь и слышу, как они на кухне пиздят.

Бля-я. Это она так тарелки в посудомойку грузить пошла? А этот выблядок унитаз с мойкой перепутал?

На кухню вламываюсь и застаю картину маслом: она стоит и этот рядом в полуметре. Она еще в штанах этих своих в облипку, в которых на ее жопу невозможно не пялится.

Тут у меня чайник окончательно свистит, и похуй становится и на то, что он родственник мой и в гости впервые пришел.

— Ты, блядь, сортир, что ли, с телкой моей перепутал?! — рявкаю. — Так давай я тебе экскурсию проведу.

— Костя, ты чего? — Эмма верещит.

До её ора похуй сейчас, смотрю только на Аслана.

Этот плечи расправил и на меня вопросительно таращится. Сука смазливая. Я ведь его реально как брательника принял: и объект подогнал в комплекте с моей тёлкой, и домой к себе пригласил. А этот, блядь, прямо у меня под жопой яйца к ней катит. А как наедине у них происходит — это вообще хер пойми.

От этих мыслей меня ещё сильнее накрывает.

— Чего ты, блядь, застыл-то около неё? — рявкаю. — Сюда иди!

Он зыркнул на меня исподлобья и навстречу топает.

— Тебе, похоже, привиделось что-то, — выдаёт, поравнявшись. — Давай за воротами обсудим, чтобы в доме не орать. Потом я поеду.