Книга Аморальные, страница 18 – Алайна Салах

У меня башка не тем занята, поэтому отмалчиваюсь.

Вот интересно, блядь, если бы мне Дианка набрала и попиздеть за жизнь предложила, как бы она отреагировала? Ну а хули такого-то? Целых шесть лет как кролики трахались, и у меня язык в каждой её дырке побывал. Тоже, считай, никого ближе неё не было.

Эрик, видать, чухнул, что не отвечу, и сам давай распинаться.

— Константин Викторович не любит корпоративы. Считает, что это вредит корпоративной иерархии и рабочей дисциплине.

— Да, конечно, хули, — ворчу. — Эти долбоебы в цехах и так бухают как суки, чтобы им ещё дополнительно наливать. И офис не хер на пьянках снюхивать. Год назад двое из закупок под Новый год переебались — и сразу началось. То орутся они, блядь, то мирятся, то женятся, то разводятся. По итогу пришлось одного под сраку пнуть, чтобы хуйню эту прекратить.

Анька помолчала и выдаёт со знанием дела:

— Думаю, в крупных предприятиях такое решение вполне оправдано.

Ну ещё бы она что-то другое сказала. Башка-то у неё рабочая, чтобы после недели работы со своим уставом на мой завод лезть.

Винотека эта оказывается конурой с пятью столами и батареями винища. Я поначалу съебать хочу, но потом вижу, что тарелку со жратвой мимо проносят, и решаю, что выглядит она сносно.

Короче, похуй. Бутылки две на троих раздавим, пожрём да разъедемся. Запала бухать как раньше нет ни хера, даже с учётом того, что Эмма ведёт себя как сучара. Утром проснешься с гудящей башкой и весь дёрганный. А ещё и в офис со сранья тащиться надо, и плюсом с ней грызться.

— Аня, ты вино какое предпочитаешь? — Эрик кобеля обходительного включил и засуетился. — Белое, красное?

— Белое, — говорит. — Но если будете бутылку заказывать, я любое поддержу.

— Ты, главное, скинуться в конце не забудь, — стебусь. — И много не заказывай.

— Константин Викторович шутит, — Эрик по-быстрому вставляет, как будто ссыт, что она съебать может.

— Я поняла. И ваш намёк тоже поняла, Константин Викторович, — Анька многозначительно в глаза пялится. — На сотрудниках вы не экономите.

— Я вообще по жизни не экономный. — Я официанту машу. — Эй, шкет! Прими заказ, а?

Помещение может и конура, но сервис и кухня тут реально вышка. Такие устрицы притарабанили, которых я даже в Мишлене не ел. Я по итогу себе мерло заказал, а эти двое белым заливаются.

Эрик сегодня прямо тамада. Кудахчет, не затыкаясь: и про то, как мы завод поднимали, и про экономику, и про жратву. Настроение говно, поэтому я вполуха слушаю, но Анька ему там внятно по теме рубит.

Реально с мозгами она баба. Хули в своё время такую не нашёл, а женился на этой овце безмозглой? Так бы вместо того, чтобы с бутылкой от Арины шкериться, глядишь, бухал бы с Анькой вечерами и пиздел до усрачки.

— Извините, я отлучусь ненадолго, — Эрик мобилу жужжащую вверх поднимает и к выходу несётся.

Я вино отхлёбываю и ржу в мыслях. Всё, погнал пиздюлей огребать.

— Видимо, жена позвонила, — Анька улыбается с намёком, давая понять, что не дура. — У Эрика, кстати, дети есть?

Киваю.

— Третий на подходе.

— А у вас?

— Не-а. И не хочу.

Эта ещё шире заулыбалась.

— Непопулярное мнение, которое я отчасти разделяю.

— Что, нянчить пиздюков неохота?

— Просто пока не вижу себя сидящей дома. Для этого у меня слишком много карьерных амбиций.