Книга Аморальные, страница 17 – Алайна Салах

— Среди недели? — хмурится по-задротски. — Хотя когда нас это останавливало, да? Ты с Эммой будешь?

— Нет, — отрезаю и чую, как опять псих берёт. — Один буду. Она сегодня со своим друганом детдомовским встречается.

— Это который…? — глаза с намёком таращит, чтобы меня его именем лишний раз не взъёбывать.

— Да, пидор этот в город приехал с каким-то детдомовцем, и ей приспичило с ними повидаться.

— Ты, похоже, не в восторге.

— С хуя ли? — хмыкаю. — Уже Илюху с цветами навстречу послал.

Эрик в лоб мне втыкает не в понятках, но потом доходит, видать, что стебусь.

— Ну, ты ей сказал, что тебе неприятно их общение?

— Нет, блядь, промолчал.

— Это вряд ли. А она что?

Сука, вот не люблю я про личное тереть, но так бомбит меня, что говно само собой льётся. Если промолчу — на куски разнесёт.

— А она, блядь, ещё сверху навалила: «Он мне брат-хуят, ближе нет никого. Мы с ним тапки на двоих одни таскали, а с тобой хуй пойми ещё как сложится».

Этот глаза растерянно хлопает.

— Неужели правда они в детдоме друг за другом обувь донашивают?

Я вздыхаю раздражённо. Реально он походу не выспался.

— Бля-я, не тупи, а?

— А, это метафора. Ну, понял. Слушай, ну тогда не очень красиво она себя ведёт. Знает, что тебя это задевает, и всё равно делает.

Вот я вроде сам о том же недавно думал, но когда Эрик это выдаёт, её сразу прикрыть охота, а ему наоборот словесных пиздюлей вломить.

— А то, блядь, Арина твоя не в курсе, что ты бесишься, когда она тебя как пиздюка пасёт и бухать прилюдно запрещает? — цежу. — И похуй ей.

Этот скуксился сразу и в ноут уставился. С минуту по клавиатуре подолбил, потом рожу снова вытаскивает и выдаёт решительно:

— Слушай, если настроение есть — давай выпьем. От нас в пятнадцати минутах винотека новая открылась. Можем Аню с собой позвать — отметим новое назначение.

Первая мысль сразу: нахуй Аньку. Всё-таки левая телка, да ещё базар сидеть фильтровать. А потом думаю, что Эмма сама с двумя мужиками свиданькаться бежит, и говно по новой закипает. С полупидором этим они в десна бахаются двадцать лет, а я так уж хули: членом каждую ночь перед ней машу да кафе спонсирую.

— Похуй, зови, — говорю. — Жратва, надеюсь, есть в этой винотеке.

«Мы всего пару часов посидим, а потом я свободна. Ты ещё собираешься на тренировку? Если да, то я подъеду».

Я читаю её сообщение, но нихуя не отвечаю. Опомнилась, блядь. Она, значит, будет с двумя хуйланами лясы точить, а я как тупорылый лосось должен в это время в бассике плавать. Потом она довольная подскочит, и будем с ней вместе круги наворачивать. Заебись придумала.

А вот хер там. Теперь пусть и она подождёт, пока мы с Эриком напиздимся.

— Ну что, — он в кабинет заваливается, довольный до усрачки. — Я стол забронировал, через полчаса можем выезжать. Аня тоже пойдёт, кстати.

— Кстати? — подъёбываю. — Да ты только поэтому копытами стучишь.

Выходим, грузимся к нему в тачку. Я на водительское сажусь, Анька назад залезает. В салоне сразу её духами пахнуть начинает, и мне с нихуя становится не по себе. Как будто она на коленях у меня голой жопой поерзала и сиськи в рожу пихнула. Прямо неудобняк перед Эммой становится, хотя и причины нет.

Компания бабская — это Эрику в кайф, а мне вообще похер.

— У нас, значит, сегодня первый корпоратив? — Анька подаёт голос.