Книга Искатель, 2012 №3, страница 111 – Анатолий Галкин, Татьяна Косова

Пьер молчал. Какая-то мыслишка закопошилась у него в голове, но где-то так глубоко, что он так и не смог ее вытащить. Близнецы-братья...

— Потом мы отправились в душ — и спать, — завершила рассказ Лизавета.

— Э-э-э... вы меня извините... в душ пошли все вместе? — спросил Пьер, ежась от неловкости. Строить из себя лейтенанта Коломбо оказалось гораздо труднее, чем он предполагал.

— Нет, конечно, — поморщилась Серафима. — Улька на наших глазах открыла дверь душевой кабинки внизу и вошла туда, а нам предоставила удобную ванную комнату на втором этаже. Лизонька пошла первая, она любит поплескаться, а потом — я...

— Что вы имеете в виду под «любит поплескаться»?

— Может быть, пятнадцать минут она в ванной была, максимум двадцать. Потом я пошла, тоже минут на пять-десять. Пока ждала Лизку, внизу все время вода текла в душе, я специально не прислушивалась, но слышала.

— А после этого вы видели Ульяну Павловну?

— Слышала. Выйдя из ванной, я специально прислушалась — вода внизу больше не текла, и я только собралась попрощаться с Улькой до утра, как она сама мне крикнула: «Спокойной ночи!»

— Правда, правда, — подтвердила Лизавета.

— «Спокойной ночи», — повторил Пьер. — Это... был ее голос?

— Нет, блин, магнитофон! — обозлилась Серафима.

— А утром...

— Утром мы выпили кофейку, и за столом я девчонкам рассказала про ошибку Терезы. Ну то есть... теперь-то уже известно, что она опять не ошиблась, но тогда мы думали совсем иначе. И они сказали, что согласны со мной... что я правильно сделала, ничего не рассказав про эту рукопись полицейским.

Пьер — нервы у него уже тоже расшалились — поднял глаза и произнес резче, чем намеревался:

— Вы спасли ей жизнь.

— Кому?

— Терезе Марковне.

Наступило молчание. Пьер взял с подноса пирожок, разломил его пополам, аккуратно пристроил обе половинки на блюдце, где стояла чашка с нетронутым чаем.

— После этого уже не было смысла убивать ее, — тихо пояснил он. — Ведь вы обе уже все равно знали секрет, невозможно было пресечь его распространение... Вас она убивать не станет.

— Боже мой, боже мой, — вдруг совсем по-бабски простонала Лизавета и тихо заплакала.

— Сейчас самое время что-нибудь выпить, — сказала Серафима.

— Что делать, что делать? — запричитала Лизка, едва за Петром Кирилловичем закрылась дверь. — Что нам делать теперь, господи? Фан-томас никогда особенно не любил Улечку!.. Но я-то думала, он просто тебя предпочитает! Из-за Маниного запаха! Господи!

Ну не может Лизка не причитать. Не может, даже если случается что-то менее серьезное. Даже если не выясняется вдруг, что наша Ульяна — убийца.

Ее восклицания мешали мне думать, но заткнуть Лизку было бы свинством. Ей просто необходимо отораться, чтобы хоть немножко успокоиться и действительно решить, что теперь предпринять.

Я взяла телефон. Мне давно хотелось кое-что проверить, еще с того самого момента, когда я в первый раз поняла, куда клонит этот Пьер Безухов. Лизка притихла и внимательно слушала, как я звоню на выставку и прошу парня из охраны взять толстую синюю тетрадь со стола в нашем кабинетике и отыскать там номер телефона компании по недвижимости, к услугам которой мы обычно прибегали. Господи, хоть бы номер был мобильный!

Номер оказался мобильный. Улькина риелторша Виктория работала, как и мы, двадцать четыре часа в сутки и немедленно ответила на мой звонок.