Книга Зловещая мелодия, страница 66 – Эрик Фуасье

— И все же признайте, что ваша версия тоже выглядит фантастической. Тайное братство душителей, проклятие, которому неведомы границы, невидимые убийцы, делающие все, чтобы о них узнали…

Лорда Блэкберна эти слова Валантена, похоже, ничуть не обидели – наоборот, на его губах играла снисходительная улыбка, пока он небрежно стряхивал пепел сигары на серебряное блюдце.

— Определенно должен признать, что, изложенная в таком виде, моя история должна вызывать недоверие. Однако, если бы вы имели представление об истинном могуществе тхагов, наверняка сочли бы ее правдоподобной.

— Что вы хотите сказать?

— Это тайное общество сеет смерть больше двух веков на обширнейшей территории, да так, что о его существовании мало кто догадывается. Очевидно, что такое возможно лишь при наличии железной дисциплины внутри самой организации, а вернее, секты, где у каждого члена есть строго отведенная ему роль. Бхутоты вершат ритуальную казнь с помощью румала. Шамсиасы держат жертву за руки и за ноги, чтобы подавить сопротивление, и затыкают ей рот, чтобы она не всполошила своих спутников, случись им оказаться поблизости. Лугхасы укладывают тела убитых в ямы, выкопанные белхасами. Предварительно трупы потрошат и кромсают на куски, чтобы они быстрее сгнили и не были вырыты животными-падальщиками, когда их еще можно опознать.

— Вот это меня и удивляет, – покачал головой Валантен. – Странно, что такие аккуратные убийцы, озабоченные сохранением своих преступлений в строжайшей тайне, вдруг изменили этому правилу, прибыв в чужую страну, куда менее благоприятную для их деятельности. Все выглядит так, что, убивая Шуке и Аврона, они даже не пытались остаться незамеченными – ровно наоборот!

— Вы кое о чем забываете, барон. Тхаги играли на рамсинге, оповещая о своих преступлениях, и в Индии, когда убивали моих родных. Причина представляется мне очевидной: цель этих преступлений – не ограбление, а месть. Они хотят не только уничтожить меня физически, но и причинить перед смертью величайшие душевные муки. Напугав меня до дрожи, перед тем как принести в жертву своей ужасной богине, они тем самым надеются заслужить еще бóльшую милость от нее.

Молодой полицейский почесал в затылке, что означало у него состояние крайнего замешательства. Объяснение, которое привел англичанин, имело смысл и рассеивало некоторые сомнения, с утра не дававшие Валантену покоя. Однако у него еще оставались вопросы.

— Допустим, Шуке и Аврона действительно убили по ошибке, перепутав с вами. Но есть кое-что, чего я никак не могу понять. Каким образом тхаги сумели найти вас здесь? Как верно заметил вчера Бовуар, ведь не в багаже вы их с собой привезли.

Лицо Блэкберна омрачилось, на лбу обозначилась тревожная морщина.

— Молодой бузотер, должно быть, и сам не понимал, насколько он близок к истине, – пробормотал он, закрыв лицо руками.

— Вы меня заинтриговали, – сказал Валантен. – Объясните.

— На пути в Европу мы с Эмили стали свидетелями инцидента, которому я тогда не придал особого значения. Однажды вечером, когда мы с ней дышали свежим воздухом на палубе парусного судна, сестре почудилась какая-то тень – будто кто-то следил за нами. Она заверила меня, что это был не матрос и не пассажир – все они на корабле являлись достойными подданными британской короны, – а человек с очень смуглой кожей. В тот момент я подумал, что измученный страданиями разум сыграл с Эмили злую шутку. Но по прибытии в Саутгемптон обнаружилось, что как минимум один безбилетный пассажир тайно совершил с нами это плавание, скрываясь в спасательной шлюпке, – там нашли объедки. Один ли он был и принадлежал ли к проклятому братству разбойников? Разумеется, выяснить не удалось. А если это и правда был почитатель богини Кали, то я не понимаю, зачем ему понадобилось ждать больше года, чтобы снова взяться за меня.