Книга Кричащая Башня знает, страница 130 – Любовь Минеева

Общага останется стоять, погруженная во мрак. То на одном этаже, то на другом будут вспыхивать и гаснуть желтые окошки комнат.

В полночь в коридорах гаснет свет и закрывается решетка, отделяющая одно крыло от другого. Коридоры станут прибежищем злой декабрьской ночи. Женский туалет на третьем этаже, негласно назначенный курилкой, не пуст. Там полумрак, горит только одна лампочка из пяти, но так даже лучше, загадочней, ведь перекуры для девушек – всегда таинство, носящее сакральный характер. Перекурами отмечают перемирия, отмеряют бессонные часы до экзамена, словно таблетками успокоительного, притупляют чувство страха или вины. Сейчас здесь курит девушка, приоткрыв створку окна и выпуская дым в морозную улицу. Худенькая и невысокая, она больше напоминает школьницу, чем студентку. Прямые черные волосы, ровно разделенные пробором, падают по обе стороны лица, скрывая острые плечи. У девушки красивые глаза, большие – даже слишком, отчего остальные черты лица кажутся непропорциональными: тонкие губы и маленький нос, точно пуговка. Широкие скулы выдают примесь башкирской крови. Несмотря на явное несовершенство, девушка красива – может, из-за своей трогательной серьезности.

На этаже становится шумно, кто-то громко переговаривается, удивляясь, возмущаясь и хихикая. Курящее одиночество нарушают.

— Цуркан! Чего не спишь? Слушай, прикинь, у Лидки Пончик сбежал!

В туалет заходит еще одна общежительница.

— Ань, ты не видела эту чертову крысу? Снова удрала! Я вчера вечером последний раз ее видела, когда кормила! Утром опаздывала на зачет и что-то не обратила внимания. Потом пошли отмечать с группой, короче, сейчас прихожу – клетка пустая!

Пончик – это ручная крыса, которую Лидка нашла осенью в каком-то дворе – испуганный домашний малыш прятался под скамейкой. Лидка пожалела и тайком протащила в общагу. Вот уже три месяца Пончик жил в самодельной клетке на положении нелегала. Сбегал пару раз, но всегда находился.

— Блин, если коменда увидит, мне писец! – в отчаянии сетует Лида.

Аня Цуркан молча пожимает плечами.

— Прекрасно, блин! Теперь спать не смогу!

— Да весь этаж не сможет, Лид! – смеется та девочка, которая первой нарушила покой курильщицы. – Зная, что твой Пончик может свалиться прямо на голову и прошмыгнуть по ногам. Брр!

Картинно передергиваясь, девушка уходит, Лида бежит за ней, уговаривая помочь в поисках.

Аня докуривает и швыряет окурок в окно, закрывает раму. Она сегодня будет спать спокойно. Кому-кому, а ей точно не придет в голову переживать, что жирный Пончик вдруг решит пробежаться по ее кровати. Обе белые крысы теперь на своем месте. Осталось отправить туда же еще одну, темную.

— Как его зовут?

— Мистер Дарси.

Я поднимаю пушистого рыжего кота и разглядываю его морду. Какой симпатяга. Первый член Ванькиной семьи, которой встретил меня на пороге его квартиры. «Хороший знак», – сразу подумала я.

— Мамин любимчик, – добавляет Ванька, приближаясь к нам, треплет кота за холку.

— Такое прикольное имя. Твоя мама поклонница Джейн Остин?

— А? Кто это?

Я смеюсь и тискаю кота.

— Это писательница. Мистер Дарси – персонаж одного из ее романов. И сериал еще есть, с Колином Фёртом.

— Понятия не имею. Никогда не задумывался над именем кота.

Кот начинает вертеться, и я вынуждена его отпустить. Ванька принимает из моих рук куртку и вешает ее в нишу у входной двери. Все еще стоя на пороге, я понимаю, что квартира у него точно такая, как я представляла. Похожа на своего хозяина – Ваньку, имею в виду. Такая же светлая, красивая и обставлена со вкусом. Так же, как и рядом с ним, мне здесь сразу же становится спокойно. Ванька между тем выдает мне тапочки и устраивает маленькую экскурсию. Мистер Дарси следует за нами по пятам.