Книга Королева Лета, умри, страница 88 – Любовь Минеева

Полистав следующие выпуски, Ленька понял, что о пожаре больше новостей не писали. Словно забыли об этом. Библиотекарша наконец встала с места и прошла за узкую дверь, скрывшись в недрах книжных стеллажей и полок. Леня, не тратя время даром, осторожно оборвал клок с нужной статьей. Взять всю газету он не мог – выпуски-то обозначены в карточке. Но не будет же она перелистывать все газеты. В крайнем случае соврет, что так и было.

Он посидел для виду еще с полчаса, настрочил три страницы бессвязного текста и вежливо сообщил вернувшейся смотрительнице, что закончил. Сам принес стопку газет, которые она деловито пересчитала. Чиркнула что-то в карточке и кивнула в ответ на его благодарность.

* * *

Толпа народу на вокзале опечалила. Уныло встав в конец очереди к окошку кассы, Леня с тревогой поглядывал на часы – до юмаковской маршрутки оставалось меньше десяти минут, а следующую ждать около часа.

Скинув сообщение с фоткой статьи нетерпеливой Вике, он приготовился к долгому ожиданию, как услышал над ухом:

— Привет, царь Леонид!

Повернувшись, Леня увидел Акманова.

— Как дела?

— Здравствуйте! Нормально. Вы тут какими судьбами?

— Работаем потихоньку. Как я удачно сюда зашел, оказывается!

Леню так и подмывало спросить, связано ли это «работаем» с Майей или Сашей, но он подумал, что это будет наглостью с его стороны.

— Ты домой? Подвезу. Разговор есть.

Леня радостно кивнул и пошел следом к выходу. День сегодня складывается для него на редкость удачно. Машина Акманова, припаркованная на крошечной привокзальной стоянке, выглядела куда привлекательней душной «газельки». Забравшись на переднее сиденье, Ленька подумал, что именно такой и представлял свою собственную «крутую тачку», на которой он должен был в своих мечтах вернуться в Юмаково покорять Япрынцеву.

Акманов не торопился трогаться с места. Устроившись поудобнее, он завел машину и включил кондиционер.

— Нашли одного мужика, который подвозил твою Дьячкову в ночь праздника. Ехал из Биишево в Арслан.

— Что?!

Наконец-то! Хоть какой-то нормальный, настоящий свидетель того, что Майя жива! Живой уехала из Юмаково в ту ночь!

— Ага. Попал на привокзальную камеру в Арслане. Видно, конечно, плохо, но смогли распознать номер машины. Говорит, что подобрал девчонку у мотеля просто из жалости – больно уж отчаянно она махала руками на обочине. Попросила довезти до Арслана, предупредила, что без денег. Он довез ее до вокзала. Говорит, что девчонка была нервная и дерганая.

Все как и предполагала Вика. Майя вляпалась в какие-то неприятности и бежала из Юмаково. Ленька почувствовал, как холодеет внутри, словно живот полоснули ледяным ножом.

— На следующий день на заднем сиденье мужик увидел грязные разводы… Может, кровь. Машину забрали на экспертизу.

— Она была ранена? А этот водитель точно не… ничего ей не сделал?

— На камере четко видно, как она выходит из машины и заходит в здание вокзала. Он уезжает. Я вот поспрашивал местных бомбил, не таксует ли этот тип, а то, может, приврал, что подобрал из жалости. Она не расплатилась, и он ее ударил или чего похуже. Но таксисты его не знают.

Ленька сжал кулаки, со злостью чувствуя, как глаза начинает щипать от слез – то ли гнева, то ли отчаяния.

— Думаете, она была ранена?

Булат неопределенно хмыкнул. Ему не нравился рассказ мужика. Не нравилось и то, что девчонка не попала больше ни на одну из камер, словно не в дверь автовокзала зашла, а провалилась в портал. Не нравилось, что этот водила слишком долго рассматривал фото Дьячковой, которое ему показали для опознания. Акманов нутром чуял – перед ним разыграли какой-то фокус и ящик этот с двойным дном. Но Леню он не стал посвящать в свои домыслы.