Книга Кровь на песке, страница 258 – Брэдли Бэлью

— Дитя мое… милое мое дитя… прости меня! Как я могла тебя сюда привести!

— Ты правильно сделала, что привела ее, – сказала Салия, подойдя ближе. – Нам нельзя было его потерять.

Айя ничего не сказала в ответ, но всю дорогу до ялика не отпускала Чеду.

Чеда рассказала им, что случилось, но почему-то ни мама, ни Салия совсем не удивились. Правда, мама побледнела, услышав, как Сеид-Алаз убил женщину-асира и напал на Чеду.

— Он сказал, что у меня кровь Королей, мама. Почему он так решил?

Айя замерла, молча глядя на нее, только ветер трепал хвост ее черных волос. Наконец она обернулась к Салии, сидевшей на носу.

— Ей пока нельзя знать. Слишком рано.

Салия, невидящим взглядом смотревшая в сторону горизонта, положила руку Чеде на плечо.

— Ты уверена?

Айя кивнула.

— Что ж, хорошо. – Салия погладила Чеду по волосам. – Ты любишь ходить под парусом, дитя?

Чеда пожала плечами, не понимая, почему она спрашивает.

— Люблю.

— Часто ли ты это делаешь?

— Нет, но я нашла зилиж и катаюсь на нем.

— Расскажи.

Солнце вставало на востоке, прогоняя остатки ночи, вокруг просыпалась пустыня. Пока Чеда говорила, Салия расчесывала ее волосы, и постепенно воспоминания об этой ужасной ночи вылетели у нее из головы, потерявшись на просторах Великой Шангази.

Чеда моргнула. Звезды смотрели на нее с бархатного свода небес, рука ее покоилась в руке сидящего рядом Эмре. Заметив, что Чеда смотрит, он кривовато улыбнулся и стер слезы с ее щек.

— Почему ты плачешь?

Как такое объяснить?

— Из-за мамы. Я ее видела. Она столько от меня скрывала!

Эмре помедлил.

— Чему ты удивляешься?

— Это другое. Там была Салия, мама попросила ее забрать мои воспоминания.

Эмре все глядел на нее непонимающим взглядом, поэтому пришлось рассказать ему всю историю с самого начала: про гибель Хефхи, про то, как повесили Демала, про Леору в пустыне, про Салию… и, наконец, про безумие Сеид-Алаза и пещеры асиримов.

— А где он? – Чеда оглянулась, боясь, что асир ушел, пока она была без сознания.

— Вон там, – Эмре указал на ложбину между дюнами.

Вместе они спустились со склона и действительно обнаружили Сеид-Алаза, ждущего за поворотом.

Древний Король тринадцатого племени показался ей таким маленьким и хрупким! Еще меньше, чем в той странной пещере. Чеда встала перед ним на колени, не зная толком, что сказать, взяла его черные гладкие руки в свои. Он медленно поднял голову и прохрипел:

— Ты спасла меня в тот день.

— Но я не понимаю как.

— Наши жизни… Нет, наше существование… – Он уставился на свои руки, словно до сих пор не мог понять, как как же так случилось. – Оно бесконечно утомляет душу. Нам запрещено убивать себя, запрещено убивать наших братьев и сестер, но все же в припадке безумия я едва не наложил на себя руки. И убил тех, кого поклялся защищать.

Он тяжело вздохнул и посмотрел Чеде в глаза.

— Ты вытянула меня из бездны. Помогла вспомнить мое предназначение. Вспомнить мой долг. Фальшивым властителям Шарахая было угодно мое безумие. Если б не ты, они пришли бы, наконец, меня убить.

Чеда поежилась, вспоминая, как Месут переселил душу Хаввы в новое тело.

— Они снова оживили бы вас. Переселили в другое тело.

— Не думай, это не просто «переселение». Более старая душа поглощает более молодую.

Чеда не понимала теперь, что в ней сильнее – ужас той ночи или гнев на то, что сотворили Месут и Кагиль, скорбь по тем, кто пал жертвой омерзительного колдовства.