Книга Стена копий, страница 87 – Брэдли Бэлью

— Никто и не говорит, что ты избранная. Но ты можешь помочь нам обрести свободу, как десятки и сотни поколений до тебя.

Она говорила об Айе и о самой Чеде как об инструментах для достижения цели. Раз так… понятно, почему Исхак пожертвовал дочерью.

Этот разговор зажег огонь в сердце Чеды, и она не хотела его тушить, пока не обожжется.

— Ты ведь знаешь, кто мой отец?

— А вот и вопрос, который прятался за первым.

Чеда почувствовала, что щекам стало жарко. Словно снова стала ребенком.

— Женщина заслуживает знать, кто ее отец.

— Обычная женщина – да. Но тебе это может принести больше вреда, чем пользы.

— Как это?

— Ты сказала, что хочешь завершить дело и убить Королей Шарахая. Сможешь ли ты убить всех, зная, кто из них твой отец?

— Конечно, смогу.

— О? Даже если он непричастен к казни твоей матери?

— Короли заслуживают смерти. Никто не должен править пустыней так долго.

— Верно. Но вспомнишь ли ты об этом, когда будешь стоять перед ним с клинком в руке? Сколькие бездумно послушались сердца, хотя разум подсказывал им иное? Им несть числа, как звездам, Чеда, и я не хочу, чтобы ты стала одной из них.

Чеда снова обернулась, заставив Леору убрать иглу.

— Кто мой отец?

Леора вновь рассмеялась.

— Повышая на меня голос, ты делу не поможешь, девочка. Нам многое предстоит сделать, и я не хочу, чтобы это знание помутило твой разум. – Не успела Чеда ответить, как Леора продолжила, стирая лишние чернила с ее спины: – Мы давно должны были еще кое-что обсудить, если позволишь.

Чеда прикусила язык, боясь слов, о которых потом пожалеет.

— Что?

Закончив с чернилами, Леора принялась втирать мазь.

— Ты сказала, что Дардзада дал тебе ключ. – Дождавшись кивка, она продолжила: – Могу я взглянуть?

Чеда достала ключ из подсумка на ремне и протянула ей. Леора задумчиво улыбнулась и, протиснувшись мимо Чеды, выдвинула нижний ящичек стола. Порывшись в нем, она достала лакированную шкатулку. Крышка ее была инкрустирована слоновой костью и держалась на петлях. Впереди виднелась замочная скважина.

У Чеды свело пальцы, в ушах зазвенело.

Леора села обратно на кровать, любовно взглянула на шкатулку.

— Айя сделала ее, когда была примерно как ты. – Она протянула ее Чеде. – Знаю, тебе не нравится, что я скрываю имя твоего отца, но, может, это подсластит пилюлю.

Ключ показался вдруг ужасно горячим.

— Что там?

— Не знаю. Айя отдала ее мне, когда мы виделись в последний раз. Думаю, она знала, что грядет, и волновалась за тебя. Велела мне сохранить эту шкатулку до твоего прихода. Я спросила, что делать, если ты не явишься, но она ответила, что ты обязательно меня найдешь.

Шкатулку Чеда приняла дрожащими руками. Леора, кряхтя, встала, погладила ее по голове, легонько потянула за ухо и, опираясь на трость, вышла.

Оставшись одна, Чеда провела пальцами по гладкому лаку. За бортом шло веселье, а она все не могла наглядеться на резьбу, на древесные узоры, на идеальные швы инкрустации…

— Чего ты боишься? – спросила Чеда себя, крепко сжимая ключ.

Сглотнув, она вставила его в замок и повернула. Скрипнули петли…

Внутри оказались два предмета: листок папируса и серебряный флакон. Листок был сложен вдвое и запечатан воском. Печать изображала символ, означавший «клин», или, вернее, «острие копья». Его часто использовали в древних текстах, чтобы указать на событие, ведущее к переменам.