Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3, страница 182 – Жоубао Бучи Жоу

Каким бы тугодумом ни был Мо Жань, жаркий взгляд девушки говорил красноречивее любых слов.

— Барышня Лин-эр, ты многовато выпила, – торопливо сказал он. – Лучше завтра погово…

— А я хочу сегодня! – резко взвилась девица. В гневе она была страшна: волосы растрепались во все стороны, а глаза засверкали яростным огнем.

Опасаясь с ней связываться, Мо Жань уже собрался сбежать с помощью цингуна, но девушка успела крепко ухватить его за рукав.

— Отпусти меня, – потребовал Мо Жань, который тоже начал злиться, и в то же время ему было немного смешно.

— Не отпущу.

Пьяному, как говорится, море по колено, а Лин-эр к тому же еще была и не из робких. Она не день и не два вынашивала идею уцепиться за господина бессмертного с пика Сышэн, поэтому, не сдерживаясь, громко заявила:

— Ты мне нравишься! А я тебе?

Мо Жань ничего на это не ответил, и Лин-эр встревожилась.

Увидев Мо Жаня в день его приезда в деревню Юйлян, она почувствовала, что этот парень явно очень сильный и могущественный, а потом вдобавок узнала, что он и есть тот самый «уважаемый наставник Мо», о котором последние несколько лет судачили все вокруг. Ее сердце тотчас оказалось в плену – она безнадежно влюбилась.

Однако пора уборки урожая подходила к концу, а это означало, что Мо Жань скоро уедет. Лин-эр же была не более чем простой деревенской девчонкой из Нижнего царства, которая не могла похвастаться ничем, кроме красивого личика и ладной фигурки. Лин-эр не знала, что именно Мо Жань о ней думал, но она понимала: если не признается ему прямо сейчас, другой возможности у нее не будет. Именно поэтому тем вечером Лин-эр, выпив для храбрости, пошла следом за Мо Жанем, преградила ему путь и смело сказала о своих чувствах.

Честно говоря, подобный напор слегка напугал Мо Жаня.

Щеки Лин-эр вспыхнули румянцем.

Как бы было славно, подумала она, если бы Мо Жань ответил ей взаимностью. Помимо того, что она заполучила бы невероятно красивого возлюбленного, она еще и смогла бы с его помощью взлететь из своей захолустной деревни на самую вершину пика Сышэн. Ей бы больше не пришлось терпеть обиды и унижения, и она бы прожила жизнь в счастье и достатке…

— Мне жаль, барышня Лин-эр, но тебе все-таки придется меня отпустить.

Всего одной фразой Мо Жань безжалостно уничтожил красивую иллюзию, которую Лин-эр успела построить в своей голове. Одно легкое движение – и не осталось ничего, кроме осколков.

Побледневшее лицо Лин-эр пошло пятнами и уродливо скривилось.

— Я… я что, некрасивая? – сдавленным голосом спросила она.

— Очень красивая, – вежливо ответил Мо Жань, мягко отрывая от себя ее руку, – но мне ты не нравишься.

Если бы он остановился на «очень красивая» и не стал бы продолжать фразу, Лин-эр сохранила бы хотя бы кроху самолюбия; однако этим своим «но мне ты не нравишься» Мо Жань попросту растоптал остатки ее гордости.

Глаза Лин-эр тотчас наполнились слезами, но вовсе не от грусти. Она, конечно, восхищалась Мо Жанем, но ее чувства к нему еще не успели достаточно глубоко укорениться в сердце – желание вырваться наверх, к лучшей жизни, было гораздо сильнее. Так что сейчас Лин-эр горевала скорее из-за разбитой мечты, а не из-за несостоявшейся любви.