Онлайн книга «Терновая цепь»
|
Корделия размышляла о ребенке, который должен был скоро родиться. Она надеялась, что это произойдет не слишком скоро. Не в тот момент, когда она, старшая сестра, страшится будущего и не знает, как вести себя с мужем; но хуже всего было то, что она была проклята, стала служанкой демона. Девушка вернулась к книге. Она едва могла разобрать слова в свете огня в камине и тонкой свечки на ночном столике. Слова не утешали. Большинство паладинов желали быть паладинами, и у них не возникало потребности разорвать связь с повелителями. В конце концов, это давало завидные преимущества: паладин был физически сильнее обычных Сумеречных охотников, мог прыгать выше, сражаться без устали, выживал после ранений, от которых другие погибали. Она даже нашла рассказ о рыцаре, который по ошибке заколол друга, но затем смог магическим образом исцелить его своим «мечом паладина». Ей с трудом верилось в нечто подобное – и вообще, что это могло означать, «исцелить мечом»? Но это был всего лишь анекдот, вроде истории о том, как некий паладин в одиночку одолел вражескую армию, или о том, как два парабатая стали паладинами вместе. Ветер швырнул в окно пригоршню снежной крупы. Звук был такой, словно в стекло билась птица. Корделия невольно вспомнила ту ночь, когда Мэтью забрался к ней в комнату в оранжевых гетрах и взволновал ее своими проницательными замечаниями. «Мне прекрасно известно, что ваш брак – фиктивный, но на самом деле ты влюблена в него». Она подумала о Джеймсе, о том, что он сказал сегодня вечером перед расставанием. Оказывается, он догнал ее на вокзале Ватерлоо; мысль о том, что муж стоял там, на платформе, когда она уезжала, была невыносима… Снова стук. На этот раз громкий, настойчивый. Стук повторился еще три раза, а потом окно распахнулось, и на подоконник посыпался снег. Корделия резко села в постели, выронила книгу и собралась звать Алистера, но потом разглядела облепленные снегом сапоги и распущенные каштановые волосы и узнала Люси. Лишившись дара речи, она откинулась на подушки, а Люси закрыла окно и шагнула к камину. Поверх брони на ней был надет тяжелый плащ, волосы растрепались и в них блестели льдинки. — Люси, – наконец заговорила Корделия, – ты, наверное, жутко замерзла. Во имя всего святого, зачем ты полезла в окно? Райза впустила бы тебя… надо было позвонить… — Я не хотела звонить, – хмуро ответила Люси. Она поднесла ладони к огню, и кончики пальцев, побелевшие от холода, постепенно приобрели нормальный цвет. — Что ж, тогда подойди сюда, – предложила Корделия. – Я не могу брать в руки оружие, но со стилом пока в состоянии управляться. Тебе сейчас не помешает руна Тепла… Люси обернулась, картинно тряхнув распущенными волосами, и воскликнула: — Так дальше продолжаться не может. Корделия отлично знала, о чем речь, и все же спросила: — Что ты имеешь в виду? — Когда ты выходила замуж за Джеймса, – сказала Люси, – я подумала, что это еще больше сблизит нас. Но получилось наоборот: мы лишь отдалились друг от друга. — Люси. – Корделия стиснула руки, лежавшие на коленях. Она чувствовала себя неловко: подруга была в броне, а она сидела в ночной сорочке с оторвавшейся оборкой на рукаве, волосы были заплетены на ночь в косы. – Отчуждение, возникшее между нами, – это не вина Джеймса. Дело вообще не в нашем браке… |