Книга Король старьевщиков, страница 165 – Кассандра Клэр

Вместо подписи принц поставил несколько инициалов. Его полное королевское имя, без сомнения; Лин не знала его. Подняв глаза, она увидела, как Майеш выдыхает густое облако патуна.

— Через три дня на главной площади города иерофант Айгона благословит брак принца Конора и его нареченной невесты, Анжелики Ируваи из Кутани.

«Ах, вот оно что».

Лин знала, что церемония должна состояться в ближайшее время – об этом знали все в Кастеллане. Она была частью долгой вереницы праздников, процессий и ритуалов, которые предшествовали королевской свадьбе. Но Лин не знала, что это произойдет так скоро.

Она понятия не имела, зачем принц Конор приказал ей явиться на площадь. Конечно, вполне разумно было пригласить ее во Дворец, когда все его обитатели и все жители города соберутся у главного храма. Но ведь намного проще было бы прислать карету прямо в Солт?

— Зачем Конор зовет тебя во Дворец? – бесстрастно спросил Майеш. – Что ему от тебя нужно?

— Значит, ты все-таки прочел записку, – сердито ответила Лин.

— Так или иначе, ты подтвердила мои подозрения, – сказал он. – Я не дурак, Лин, и у меня в Маривенте повсюду глаза и уши. Мне известно, что Конор послал за тобой карету в вечер банкета, и что тебе было велено прийти в библиотеку. Зачем? Что он имел в виду, когда написал «Вы знаете, что от вас требуется»?

Лин молчала. Она не могла придумать ложь, которую Майеш не смог бы проверить. Он знает слишком много о Дворце, о королевской семье. Больше, чем знают они сами.

Она сделала глубокий вдох. Принц запретил ей говорить с кем-либо о болезни короля. Но она не могла отказаться отвечать деду; она знала, что он будет расспрашивать и расспрашивать ее без конца, как пес, который пытается найти закопанную в саду кость.

— Я не могу сказать, – произнесла она. – Принц запретил мне. Это официальный приказ.

Майеш уставился на нее, не донеся трубку до рта.

— Ты шутишь.

— Я не стала бы шутить насчет подобных вещей.

— Значит, речь идет о его отце.

Майеш внезапно поднялся и, подойдя к окну, уставился на Солт. Из окна Лин открывался скромный вид на улицу, вымощенную булыжником, которая вела к воротам.

— Я не могу сказать тебе, – повторила Лин. Она чувствовала себя несчастной. – Дело не в том, что я не хочу. У меня есть вопросы; у тебя, возможно, есть ответы. Но я не могу.

— Мне это не нравится.

Трубка Майеша погасла, но он, казалось, забыл о том, что держит ее в руке.

— Знаешь, Конор изменился. С того дня, когда ты впервые встретила его. Когда тебя позвали к Келу.

— Я слышала об этом, – холодно ответила Лин. – В основном от Кела.

— В чем-то он прав. И все же… насколько сильно может измениться человек, если его воспитывали принцем, если ему с детства прививали определенные взгляды? – Майеш наконец заметил, что трубка погасла, и раздраженно бросил ее на стол. – В прошлом его планы привели к катастрофе. Я не хочу, чтобы он увлек тебя за собой в пропасть.

— Я больше ничего не могу сказать тебе, заи.

И она невольно подумала: о чем он тревожится? Беспокойство в его голосе показалось ей искренним. Но это не означало, что он беспокоится о ней или только о ней. Возможно, его прежде всего заботила судьба Кастеллана, союза с Кутани, козни аристократов с Горы и их мнение о принце…

Лин вздохнула.