Книга Гонец в преисподнюю, страница 89 – Генри Лайон Олди

— У дверей сидит человек в маске карпа, — обратился я к хозяину, когда Гура закончил. — Это мой слуга. У вас найдётся каморка с отдельным выходом, чтобы разместить его на ночлег?

Мисаки был удивлён, но виду не подал.

— Конечно, найдётся.

— Очень хорошо. Пусть его отведут туда — и туда же принесут его еду. Мой слуга не станет есть в общем зале.

— Как прикажете, господин! Дозволено ли мне спросить: почему?

— Моему слуге запрещено снимать маску в присутствии других людей. Он ест в уединении.

— Понял, господин! Всё будет сделано, как вы хотите!

Вряд ли он действительно понял, но переспрашивать не стал, опасаясь показаться назойливым. У высокого положения есть много преимуществ. Одно из них: к тебе не лезут с лишними вопросами.

— Это тот самый безликий слуга, о котором ходят слухи? — поинтересовался Гура, когда хозяин отошёл.

— Да.

— Хотелось бы узнать о нём поподробнее. О нём, и о некоторых… м-м-м… особенностях вашей службы.

Ну вот, сглазил! И высокое положение не всегда спасает.

— Но только не на пустой желудок, господин Торюмон! Сперва — ужин!

— …как вам рафутэ, Рэйден-сан?

После второй перемены блюд и третьего (пятого?) тоста Гура стал обращаться ко мне по имени. Для главаря шайки это была изрядная вольность, но я не стал возражать.

Мне всё равно, а Гуре приятно.

— Превосходно! — возвестил я, ничуть не покривив душой. — Здешний рафутэ ничуть не уступает тому, которым меня угощали в замке Сюри.

— Уголёк держит слово! А кухня у Мисаки — лучшая во всей округе! Ещё авамори? Или саке?

— Налейте саке. Мне завтра в путь.

— Как скажете. Вот, попробуйте соба^[19] — она сегодня удалась!

— Непременно! Надеюсь, моего слугу уже накормили?

По большому счёту спрашивать об этом стоило у хозяина. Но от меня не укрылось, как Мисаки несколько раз подходил к моему собеседнику, советуясь с ним на местном языке. Я не сомневался, что Гура в курсе всего, что творится на постоялом дворе.

— Ему отнесли три блюда, включая рафутэ.

— Не стоило так баловать каонай.

— Не думаю, что у него много радостей в жизни. Пусть будет хоть эта. Я наслышан о вашем слуге. Но слухи — ненадёжный источник, согласитесь, в отличие от старшего дознавателя. Кто компетентнее вас в таких вопросах? Наша встреча — большая удача. Расскажете, как человек превращается вкаонай?

Безликие — неподходящая тема для застольной беседы. В Чистой Земле это знают все, от простолюдина до сёгуна. Но здесь — не вполне Чистая Земля, в чём я имел возможность неоднократно убедиться. Поговорить о каонай? Что тут такого? Разве это что-то неприличное? Неподобающее? Правда?! Почему?!

— Охотно расскажу, — ответил я вместо долгих объяснений.

И начал рассказ.

— О, какие подробности! Крайне полезные сведения! Я так понимаю, это не служебная тайна?

— Ни в коей мере! Я заинтересован в том, чтобы и в королевстве Рюкю об этом узнало как можно больше людей. Лучше сразу пресечь преступные соблазны, как неосуществимые, чем потом разбираться с последствиями незнания.

— Крайне, крайне разумно! Я бы даже сказал, мудро. А можно ли взглянуть на лицо вашего слуги? Мне хотелось бы увидеть, как выглядит каонай без маски.

— Вам не понравится.

— И всё же…

— У каонай нет лица. В прямом смысле слова. Если вы когда-нибудь увидите подобное, вы точно это ни с чем не перепутаете.