Книга Гонец в преисподнюю, страница 12 – Генри Лайон Олди

Время взбрыкнуло норовистым жеребцом.

Меня понесло галопом, чтобы в конце концов вышибить из седла, сбросить на полгода назад, в прошлое. Тот же самый восход: снежные росчерки облаков, розовые лепестки осыпающихся пионов в подбрюшье. Жемчужное сияние на пол-горизонта. Под лучами солнца море вспыхивает пожаром — пурпур и золото, ай, сгорим! Редеет, истончается туман. Из него проступает остров с двумя именами и двойным подданством — великий перекрёсток торговли всех со всеми, место, где пути закона будды Амиды темны и извилисты.

Тот самый остров. Тот самый порт.

Та самая гавань кишит теми самыми кораблями.

— Это китайская джонка, — с видом знатока пояснил я в ответ на изумлённый возглас Каори, глазевшей на непривычное судно, что шло навстречу.

И затылком ощутил ехидную улыбку Широно. Даже если лицо моего бывшего слуги оставалось невозмутимым, про себя этот шельмец точно ухмылялся! Похоже, от тэнгу в нём осталось больше, чем я предполагал.

С джонки нам помахали рукой, я помахал в ответ. И Каори тоже. И Широно. Ран воздержалась. У неё на руках спала Момико, убаюканная пологой зыбью и утренним бризом.

— А это?!

— Корабль южных варваров.

— А как он называется?

— Гайреон. Ну, как-то так.

— Какой большой!

— Эти варварские названия — ни произнести, ни запомнить!

— Сюда приплывают китайцы?

— Да.

— И южные варвары?! Вот бы их увидеть!

— Может, и увидишь. Китайцев — наверняка.

И причал тот же самый. Вопреки всему у меня возникла уверенность: на причале нас встретят дзайбан Кабаяма Кюэмон и угрюмые братья Ногути. И что вы думаете?! На причале нас встречали трое. Братья Ногути — неприветливые, суровые, какими я их помнил по первой встрече, — и представительный чиновник: наряд цвета тёмной киновари, золотое шитьё, «воронья шапка»…

Я выдохнул. Чиновнику в «вороньей шапке» было лет сорок. Его смоляные волосы цветом не отличались от шапки. И лицо незнакомое.

— Приветствую вас во владениях клана Симадзу! Я дзайбан Уваи Таданага. Со мной мои помощники Ногути Сэтору и Ногути Масаши.

— Тысяча благодарностей за радушный приём! Это великая честь! Я — Торюмон Рэйден, старший дознаватель службы Карпа-и-Дракона. Со мной дознаватель Барудзироку Широно. Позвольте также представить вам мою жену Ран с нашей дочерью и мою сестру Каори.

Цепкий взгляд мазнул по нам лучом потайного фонаря. Наличие эмблем с журавлями дзайбана удовлетворило.

— Вижу, вы знаток здешних правил. Превосходно! Он взмахнул рукой:

— Прошу на берег. Носильщики и лошади ждут вас.

Со стуком упали сходни. Со всем возможным уважением нас пропустили вперёд; следом матросы принялись таскать на причал нашу поклажу. Дзайбан снова взмахнул рукой — и причал заполонили носильщики, только и ждавшие его знака. Четверо несли пузатый паланкин, похожий на плетёную корзину с боковой дверцей и окошками, прикрытыми темно-синими шторками.

На шторках, как на волнах, бежали завитки белой пены.

Каори не сдержала возглас восхищения: она впервые ездила в паланкине. Ран осталась равнодушной. Моя бдительная супруга не отрывала взгляда от носильщиков, разбиравших багаж, и вид при этом Ран имела столь суровый, что братья Ногути обзавидовались. Лишь убедившись, что её драгоценное ружьё, тщательно завёрнутое в два покрывала и перевязанное витыми шнурами, надёжно прикреплено к шесту для переноски, и ружью ничто не угрожает, Ран соизволила занять место в паланкине.