Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 389 – Брендон Сандерсон

Сила оторвалась от Далинара.

Буреотец тонко вскрикнул, когда с Далинара спала божественность. Мощь Чести, которую Далинар продержал всего несколько минут, вновь образовала вокруг него ореол. Теперь она излучала чувство предательства и замешательство.

«Ты же меня понял!» – кричала она.

«Лучше, чем ты думаешь, – отозвался Далинар. – Тебе все еще нужно усвоить некоторые уроки и рассказать истории, но со мной ты их не усвоишь. Потому что ты не Честь. Пока. Честь – это куда больше, чем сдержанная клятва. Учись, смотри и помни меня. Задавай себе вопрос „почему?“».

Сила закричала, и Далинар внезапно почувствовал на себе воздействие бури, бушевавшей все это время: он пошатнулся, в кожу впился снег, будто стрелы.

— Как?! – воскликнул Таравангиан, нависая в виде бури, и голос его звучал по-настоящему потрясенно. – Зачем?!

— Сдержать клятву, Таравангиан, – это не абсолютное добро, – прошептал Далинар. – Добро от нее измеряется идеалами, во имя которых она принесена. Объединение – не абсолютное добро. Только до тех пор, пока добры цели этого объединения. Ты превзошел меня. Держаться и дальше за договор только потому, что я на него согласился… это было бы крайним проявлением глупости. Ты выиграл, потому что ты умнее меня. Но ничего иного ты не доказал.

Таравангиан взревел с вызовом, потом… потом с ликованием, поскольку осознал, что это означает его свободу. С договором покончено, в том числе и с той частью, где Честь приковывал Вражду к этому миру. В припадке ярости он ударил…

И испарил Буреотца.

У Далинара вырвался душераздирающий крик. Он ожидал, что станет первой жертвой, а это было жестоко – неоправданно. И все же ему достался последний уверенный взгляд спрена – и знание, что то, что осталось от Танаваста, считало сделанный выбор искуплением.

Потом его не стало. Далинар упал на колени. Он решительно заморгал, борясь с болью. Теперь маневр, способ выиграть время. Далинар вскинул руку, защищаясь от ветра и чувствуя себя невероятно маленьким после того, как его покинула сила. Он напоминал… старый мундир, некогда натянутый на мощную фигуру, а теперь обратившийся в лохмотья.

Сила Чести зависла на месте, светясь, будто собственная третья буря. Она так хотела найти вместилище. Она ждала тысячи лет, и теперь ее предали во второй раз. Таравангиан же только что столкнулся с осознанием, что мог сразиться с Далинаром и проиграть.

Из этого он извлечет неправильный урок, Далинар знал это, ведь их понимание друг друга работало в обе стороны. Он знал, что прямо сейчас Таравангиан наверняка переживает, что слишком слаб. Что, если бы Далинар действительно пошел в бой, он мог погибнуть.

Таравангиан робко потянулся к силе Чести.

«Ты всегда говорил, Таравангиан, – подумал Далинар, – что тебя не интересует власть и что ты делаешь то, что делаешь, только потому, что кто-то должен. Утверждал, что сама по себе власть для тебя ничего не значит…»

Таравангиан коснулся силы и божественности Чести и вцепился в нее.

«Теперь ты подошел к своему перекрестку, старый друг, – думал Далинар. – Потому что если власть и сила для тебя не имеют значения, то и дополнительная тебе не понадобится».

— С этим, – прошептал Таравангиан, – я точно одержу победу. Послушай меня, Честь. Я не нарушал договор. Я выполнял свои клятвы. Позволял связывать меня ими снова и снова. Я понимаю тебя и то, что ты чувствуешь прямо сейчас. Я тебя достоин.