Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 368 – Брендон Сандерсон

Это было бы так просто. Мало какой монарх колебался бы долго.

«Это даст Таравангиану то, чего он хочет больше всего, – подумал Далинар. – Шанс меня испортить».

Но другой вариант… Примкнуть к Вражде? Начать войну по ту сторону бездны между мирами? Это… это то, что человечество уже, по сути, сделало, придя на Рошар.

Может быть… может быть, это ему по силам. Может быть, ему удастся провести эти войны так, чтобы обойтись без лишних ужасов. Так ли плохо иметь в командном составе способного военачальника, который бы предотвращал зверства? Кроме того, войну против других миров он уж точно сможет вести, не слишком вовлекаясь эмоционально. Это то же самое, что они делали с Гавиларом, объединяя Алеткар, только в большем масштабе.

Это выглядело… ужасным извращением целей, к которым он стремился последние пару лет. Единства, которое, как ему все еще казалось, ему повелел установить истинный Бог. Сделать так, как хочет Таравангиан… это значило бы отринуть зарождавшуюся веру Далинара и присоединиться к заведомо злому делу. Гораздо хуже, чем убить одного юношу.

Шквал побери! Он неотрывно смотрел на Гэва. Вспоминал ребенка, с которым играл, обнимался, радовался. Ребенка, которого по собственным ощущениям видел всего несколько часов назад. Возможно ли, что… что Таравангиан был прав с самого начала? Что именно таков настоящий путь королей? Не избитые фразы Нойадона о помощи. Более глубинная, более темная истина: долг короля – брать на себя грехи всего правительства.

Рядом мерцанием проявился Буреотец, и Далинар осознал, что видит в спрене друга. Да, порой воинствующего, но… что уж там, у Далинара было мало друзей, которых ему хоть раз не хотелось хорошенько стукнуть. Не раз и не два он воплощал это желание.

— У тебя есть ответ для меня? – спросил Далинар.

Буреотец покачал головой:

— Прости.

— Далинар? – окликнул из-за спины Таравангиан. Он стоял у дальнего ограждения, источая тьму, питавшую его бурю. – Не продолжить ли нам беседу?

— Я мог бы… пойти с ним, – прошептал Далинар. – Стать его Сплавленным, но потом игнорировать приказы сражаться. Он не сможет меня заставить.

— У него может оказаться такая возможность, – ответил Буреотец. – Не исключено, что он сумеет тебя переделать, Далинар, как было при создании Претворенных. Для этого требуется твое согласие, но договор…

Договор его предоставит.

— Это трудно, – произнес Таравангиан, – когда твои моральные установки проверяют по-настоящему, не правда ли? Оказаться на пересечении того, что говорил, с тем, как жил. Я знаю, Далинар. Поверь мне, я знаю. И мне жаль.

Буря побери этого человека! Его слова звучали так…

Неразумно. Знакомо. Таравангиан бывал на месте Далинара, и ему приходилось делать подобный выбор. Все происходило так, как Далинар и боялся. Все его поиски, все труды были зря. В конечном итоге нынешнее столкновение полностью контролировал Вражда.

«Нет, – подумал Далинар. – Путь. Я усвоил».

Он развел руки в стороны, стоя под порывами холодного ветра, и окинул взглядом горные вершины, ощущая…

Жизнь. Быть может, дело было в отголосках его видений. Быть может, в том чувстве тепла, что он порой испытывал в тихие часы в своем кабинете. Быть может, во времени, в месте, в компании.

Он почувствовал их. Обитателей башни, расположенных вокруг государств, Алеткара, мира. Почувствовал их страх, их любовь, их мечты. Некоторые из них страдали, как и говорил Вражда. Это было ужасно, но тоже составляло часть жизни. А жизнь бывает болезненна.