Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 181 – Брендон Сандерсон

Мать покосилась в сторону и подскочила, заприметив… нечто, чего Шаллан не увидела.

— Они меня нашли.

— Они? – переспросила Шаллан, поднимаясь и отступая на шаг: кто знает, что может означать такая перемена в поведении?

— Души мертвых певцов. Те Сплавленные, которые не Вернулись. Я ищу Тальна: я не сломаюсь на этот раз. Я найду его.

Души мертвых…

— Мама, где именно я сейчас нахожусь?

— В видении, – ответила Чана, – в Духовной реальности. Заново проживаешь свою свадьбу. Я снова умерла несколько месяцев назад. Я была на Брейзе, в Когнитивной реальности, но почувствовала, как ты меня зовешь… тянешь к себе…

«Это в самом деле она?!» – обомлела Шаллан.

Чана, внезапно насторожившись, встала:

— Спасибо, что остановила меня.

Она посмотрела дочери в глаза и добавила:

— Не доверяй никому из нас, за исключением Тальна.

— Мама, ты…

— Я должна идти, – прошептала Чана и, бросившись вперед, обняла Шаллан. – Постараюсь на этот раз не сломаться так легко.

Она испарилась, расточившись цветным дымом.

Шквал побери! Шаллан резко задышала, обхватив себя руками, удерживая ощущение материнских объятий.

— Это… была она настоящая?

— Мм… – отозвался Узор. – Для Вестников, существ всех реальностей, правила работают необычно. Полагаю, это в самом деле была она. Ложь, ставшая правдой.

Шаллан ощутила руку на плече. Кредо указывала на что-то дрожащим длинным пальцем. На комнату упала тень, хотя за окном по-прежнему было солнечно.

— Он здесь, – шепнула Кредо. – Вражда.

Видение рассыпалось, отправив Шаллан обратно в хаос.

* * *

Далинар с криком ворвался в кружащийся хаос Духовной реальности. Попытался противостоять ему, приложить силу, которую почерпнул, сделав следующий шаг.

Сама сила – не только касание Вражды – насмехалась над ним. Людям нельзя доверять. Люди сломали Честь. Никто не достоин. Как при наступлении по двум направлениям, сила Чести поддерживала Вражду, который вынуждал Далинара смотреть на свои неудачи, одну за другой. Подтачивал его убежденность в том, что он изменился, стал лучше, получил прощение.

Он подвел Гавилара в ту ночь убийства.

Подвел Элокара, которому был нужен дядя, а не соперник.

На Далинара набрасывались изменчивые фигуры. Он оказался в каком-то темном месте, где его оглушал гром и хлестал ветер. Гибли люди. Лил дождь в мерцании вспышек яростных молний.

«Думаешь, тебя простили? – отдавались слова Вражды во всем его существе. – Думаешь, ты можешь просто встать и уйти?»

В единый миг действительность соткалась в нечто цельное, частицы света сложились в тесное помещение. Ровный каменный пол, высеченный осколочным клинком: кое-где остались борозды от ударов. Единственная дверь – металлическая, внушительная, скорее затвор, чем выход.

Четыре кровати в ряд у задней стены. Далинар лежал на самой дальней. Остальные тоже были заняты, он увидел три накрытые одеялами фигуры. Свет давали сферы в настенном фонаре, хотя на него набросили ткань, чтобы затемнить.

Далинар сел, отдуваясь и потея. Сердце бешено колотилось, а в голове эхом звучали обвинения мертвецов. Он проверил фабриаль на руке, но тот разбился. Возможно, уже слишком поздно. Скорее всего. Кажется, он провел здесь уже десятки лет.

Он попытался отвлечься на изучение этого видения. Место казалось знакомым. Одинаковые кровати, отсутствие окон и внушительная металлическая дверь – все это напоминало тюрьму. Но в каких тюрьмах бывают такие изящные фонари?