Книга Пешка бронзового века, страница 25 – ИМП

На фоне разрухи они не сразу заметили главное.

Под ними была планета.

Сине-зелёный шар занимал значительную часть обзора, медленно вращаясь внизу. Белые завитки облаков, тёмные пятна суши, блеск воды, мягкая голубая кайма атмосферы — всё это выглядело настолько неправдоподобно после девяти месяцев гипера, что Квир несколько секунд просто смотрел. Потом нейросеть провела расчёты, и он понял, что гравитация планеты уже захватила их. Орбита снижалась. Не резко, не катастрофически быстро, но неумолимо. Они падали.

— Сержант, — сказал он, не отрывая взгляда от планеты, — думаю, в боте стоит поискать запчасти и попытаться восстановить хотя бы что-то.

— Искать не придётся. ЗИП должен быть на месте, согласно регламенту. Лично проверял год назад.

— А по регламенту должен был раз в месяц, — подняв указательный палец вверх, упрекнул его Квир.

Унт Сер повернул голову и посмотрел на него так, словно на мгновение забыл, что перед ним генерал, а не внезапно ожившая инструкция по эксплуатации.

Квир хлопнул его по плечу.

— Да шучу я. Хорошо, что проверял. А то знаю я вашу братию: всю работу на этих вешать, — он кивнул в сторону Пешек, уже начавших обследовать повреждённые секции в поисках уцелевшего имущества.

Ремонт занял двенадцать суток.

Удивительно было не то, что им удалось найти жаропрочные пластины, энерговоды, переходники, запасные узлы и часть инструментов. Удивительным оказалось то, где именно всё это обнаружилось. Боксы с пластинами лежали на втором ярусе бывшего оружейного склада, пережившего детонацию, гипершторм и разгерметизацию лучше, чем многие штатные технические отсеки. Ещё при первой инвентаризации Квир удивлялся, какой сверхразум решил хранить часть комплектов ремонта корпуса не рядом с ботами, а среди оружейных запасов, и теперь эта халатность, идиотизм или злой умысел внезапно закрыли один из важнейших пунктов их выживания.

Пешки работали посменно. Сержант руководил восстановлением контуров. Квир, когда мог, помогал сам, хотя его офицерская подготовка в таких вопросах уступала практическим знаниям Унт Сера. Они наплавляли куски брони, латали пробоины, перебрасывали временные энерговоды, отключали всё, без чего можно было обойтись, и собирали схемы, от которых любой корабельный инженер либо заплакал бы, либо попытался бы немедленно их арестовать за надругательство над здравым смыслом.

Но на двенадцатый день реактор удалось запустить. Пусть и частично, пусть и не по инструкции, — главное результат.

Часть систем ожила. Внутри бота снова появился свет, заработали минимальные контуры управления, вернулась связь между креслом пилота и основными узлами. До полноценной машины ему было далеко, но теперь это снова был корабль, а не бронированный гроб с остатками десанта внутри.

Орбита тем временем продолжала снижаться.

На одиннадцатый день ремонта Квир застал Унт Сера на краю плац-палубы. Сержант сидел, свесив ноги в пустоту, и смотрел вниз, туда, где под ними проплывала планета.

Квир подошёл и остановился рядом.

— О чём думаешь?

— Да так, — ответил сержант после короткой паузы. — О всяком.

Генерал истолковал это по-своему и сел рядом, тоже свесив ноги за край. Под ними медленно двигался чужой мир. Где-то там были леса, горы, реки, моря, возможно, жизнь.