Книга Последний берег, страница 56 – Олег Плескач

Девушка рассказала о правилах проживания — с полуночи до семи утра не шуметь, курить во дворе, — в стоимость проживания входят баня, прачечная и завтрак, за дополнительными услугами можно обратиться на ресепшн.

Затем девушка положила на стол камушек с нарисованной цифрой 4 и объяснила друзьям, как пройти в их номер.

Друзья вышли на задний двор, где их встретил сторож с ружьём и в странной фуражке, самодельной, темно-синей. Предъявили сторожу пропуск — камушек с цифрой, и дошли до нужной палатки.

Вошли — чистая, не пахнущая, в отличие от остального города, ни дымом, ни рыбой, палатка с четырьмя раскладушками и окошком. У стены — печка-буржуйка, на столе жировая лампа, на плотных стенах — выцветшие ковры.

— Наконец-то, — выдохнул Максим и завалился на койку, — настоящий дом, настоящая кровать!

— Наконец-то, баня, — отозвался Борис.

Первым делом — в баню. Баня в пристройке к гостинице — это деревянные чаны с кипятком под навесом из шкур и два ломтя старого мыла. А за доплату в двести грамм рыбы предложили особые спа-процедуры: натирание теплой медвежьей кровью, жиром и мхом. Решили — гулять, так гулять!

Вскоре четверо друзей сидели в бане и попивали местную бражку вприкуску с зубаткой. Вещи отдали в прачечную.

— Чувствую себя человеком! — сказал Кирилл, завернувшийся в белое полотенце, и усмехнулся, — а администраторша эта — ничего так.

— Смоем с себя все грехи — и на боковую, — протянул Влад.

— А может, погуляем? — предложил Борис.

— Поддерживаю! — откликнулся Кирилл.

— Я пас, — заявил Влад, — выспаться надо.

— Я тоже высплюсь, — согласился Максим. Утром он должен был пойти к торговцу Айдару, а торговаться нужно в бодром состоянии духа и с легкой головой.

— Я вот только так и не понял, — сказал Борис, — откуда у Крюкова наркотики? Ну, которыми он Влада расколоть хотел. Чтобы такие вещества создавать, нужны лаборатории.

— Может, у него еще до всего они были, — предположил Кирилл.

— И у них срок годности не вышел за столько лет? — не поверил Борис.

— Может, у них там и вправду есть лаборатория, — сказал Максим, — может, для того чтобы выделять химические вещества, электричество не нужно? Колбы, реактивы, там, порошки…

— Издеваешься? — фыркнул Борис.

— Гуманитарий, — объяснил за Максима Влад, а затем принялся анализировать, — под землей, во льду, хранили — так срок годности дольше не выходит. Раз электричества нет, значит, это из старых запасов.

— Ты так просто об этом всем говоришь, — заметил Максим, — как будто мы десять лет жили как ни в чем не бывало, или как будто такая аномалия — это легкое отклонение от нормы, а не аномалия.

— А что я, охать и ахать должен?

— Ладно, — выдохнул Кирилл, — вздрогнули.

Чокнулись, выпили. В это время трудно было представить, что существуют такие проблемы, как морозы, кровожадные звери и мигрень.

— Я вот, о чем подумал, — сказал Максим, ковыряя вяленую рыбину, — может, мы за все это время ничего не нашли, потому что плохо искали? Может, те, кто здесь осел, включая нас, в глубине души довольны этой жизнью? Может, в прошлой жизни, в том мире, им было не так уж и уютно, несмотря на все блага цивилизации?

Ребята покосились на него с сомнением.

— Ну, правда, — продолжал Максим, — да, погоревали мы годик-другой о том, что застряли здесь и оставили всю свою привычную жизнь там, на материке, но теперь привыкли. А те, кто не привык, покончили с собой еще в начале.