Книга Псы и чародеи. Книга 1, страница 30 – Наталья Резанова

При всей величине и беспорядочности, свойственной большим торговым городам, Лейра была избавлена от многих свойственных тем же городам безобразий. И не только потому, что Лейра – королевская столица. Как раз это обстоятельство зачастую безобразиям и не препятствует. Но кварталы Лейры, за исключением некоторых, куда бы полез лишь самоубийца, были поделены между определенными бандами, и количество ограблений и убийств обычно не захлестывало за пределы, ими для себя установленные. Смиряясь с некоторыми неудобствами, можно было обрести защиту в лице «своей» банды от всех прочих и более-менее спокойно жить. Это что касается обывателей. В бандах соблюдалась достаточно жесткая иерархия, те, кто утаивали часть добычи или грабили «не по чину», подвергались наказанию не менее жестокому, чем они заслужили бы от властей. Еще суровей поступали с теми, кто осмеливался работать на чужой территории. Порой это приводило к схваткам между бандами, и тут уж кровь лилась рекой. Но Лейра и не подписывалась на то, чтобы считаться раем на земле. И к тому же подобные события большей части населения не касались. Конечно, находились недовольные установившимся порядком вещей. И не только мирные обыватели, платившие взносы «за защиту». Недовольные встречались и в среде воров-грабителей, но это были те, кто находились в самом низу иерархии, – худшие из худших.

Таковыми во всех городах бывшей империи, а возможно и за ее пределами, числились те, кто обирал не живых, а мертвых. В Лейре это были в основном не могильные воры, какие есть везде. Приморские города имеют свои особенности, они регулярно приносят урожай утопленников. Все, кому не повезло оступиться по пьянке или просто в темноте, неудачливые рыбаки, не успевшие вовремя залатать днище в лодке или попавшие в шторм. Самоубийцы. Убитые в драках, по заказу ревнивых мужей или конкурентов в торговле – когда, как известно, исход один – «концы в воду». Даже те, чьей одеждой и обувкой побрезговали более серьезные грабители. Короче, утопленники всех разрядов – и местная стервь стремилась обчистить их, прежде чем тела найдут портовые стражники.

Некоторые отваживались выбираться в море на лодках. «Отваживались», потому что и контрабандисты, и береговой патруль рассматривали это как вторжение на свою территорию, и добычу отбирали, а лодки топили. Хвала Разрушителю и Привратнику, есть на свете приливы и отливы. Море выбрасывает утопленников на берег, чтобы в положенное время вернуться вновь.

И воры из стерви портовой ждали, когда прилив уйдет, чтобы собрать свою дань.

Компания из трех человек бродила по самой окраине порта – вдали от пирса и корабельных причалов, от широкого мола, исхлестанного штормами, и маяка – гордости Лейры, сравнительно нового, выстроенного при покойном короле. Здесь беспорядочно торчали лодочные сараи, покосившиеся лачуги, старые склады. Повсюду громоздились груды мусора. Сновали, несмотря на брезживший свет, наглые рыжие крысы. Воняло всевозможным гнильем, особливо же гниющими водорослями.

Несмотря на близость моря, здесь забывалось, что Лейра – красивый и благополучный город. Да и море под туманной пеленой выглядело серым и мутным. Падальщикам это было безразлично, от красот Лейры им не было никакой пользы. Они искали трупы. И пока что безуспешно. Море, как ни швыряло волны на тоскливый и бесприютный берег, не желало отдавать своей добычи. Падальщикам приходилось довольствоваться лишь тем, что можно выудить из полосы прибоя: бутылками – пойдет для старьевщика, обломками дерева, которые можно продать на дрова. Но с этого не разживешься.