Книга Любовь и годы. Вдали от Родины, страница 55 – Марина Павловская

— Ты думаешь, Германия проиграет войну?

— Без сомнения.

— Генрих, но ведь немецкая армия дошла до Волги! – воскликнула девушка.

— Вот там и будет начало нашего краха.

— Но так далеко мы еще не отступали…

— Не приходи в отчаяние. Нам не победить. Что делается в абвере, СД! Шпионаж, доносы, разврат! Эта постоянная вражда между различными ведомствами… Гитлер – маньяк, а не полководец! Увольнение Гудериана, расправа с Ремом – есть в этом здравый смысл?

— Генрих, но ведь должна быть расплата за все! Такой жестокой войны не знала еще история. Неужели не восторжествует справедливость?

— Она восторжествует, но какой ценой? Крахом великой державы! – с горечью в голосе говорил офицер.- Что станет с бедными немцами после такой войны…

После завтрака Лиля осмотрела ногу Генриха, сделала массаж. Затем они спустились в парк. Генрих сорвал девушке ветку жасмина, который буйно цвел, наполняя воздух своим ароматом. Молодые люди побродили по аллеям, потом обогнули дом и вышли к хозяйственным постройкам. У ограды расхаживали солдаты с автоматами, в саду работали пленные женщины. Зося, похудевшая и подурневшая, издали улыбнулась Лиле. К Генриху подошел Дитц, говоря что-то о ночной грозе, о поломанной ветром яблоне.

Лиля, счастливая, об руку с Генрихом ходила по дорожкам парка. Их привыкли видеть вместе и не обращали особого внимания. Лиля чувствовала рядом сильную руку мужчины, готовую защитить, прийти на помощь. После долгих месяцев горького одиночества она, наконец, обрела друга, чья любовь отогрела ее, вернула к жизни. Если бы сейчас ее спросили, счастлива ли она, Лиля, не задумываясь, ответила бы: «Да! Да, да!»

Посыпанные мелким гравием дорожки были уже сухи. За густыми кустами тисса, где их никто не мог видеть, Генрих осторожно привлек к себе Лилю.

— Каким ветром занесло тебя в мой дом? – спросил он тихо.

Девушка приподнялась на цыпочки и прижалась щекой к его щеке.

— Я словно во сне,- призналась она.- Мне, как будто, снится добрый хороший сон.

— Это не сон. Это судьба.

— Ты веришь в судьбу? – снова, как вчера, спросила Лиля.

— Теперь верю. А ты? Что такое наша любовь, как не судьба?

— Да… И все-таки странно… Чтобы встретить тебя, я должна была оказаться далеко от Родины, вынести столько унижения и боли. Ведь это чудовищно: война, плен – и вдруг ты!

— Значит, именно так и должно было случиться, серьезно сказал офицер.

У ворот послышался гудок подъехавшего автомобиля.

— Бригитта! – вздрогнула девушка. На мгновение ей стало страшно, словно одно это имя сразу ввергло ее пучину унизительных будней.- Генрих, Бригитта! Что делать?

— Лиля, держись,- заговорил офицер.- Все должно быть, как прежде. Я знаю, ты сможешь, ведь ты умница. Еще немного, совсем немного. И не бойся, ведь я буду здесь, рядом.

— Да, да… Идем. Я смогу. Теперь я все смогу.

Лиля поднесла к лицу жасмин, в последний раз вдохнула его запах и бросила ветку на дорогу.

28.

Один за другим летели дни: один, другой, третий, счастливые и сумасшедшие. Лиля по-прежнему выполняла свои обязанности горничной, стараясь ничем не выдать себя. Как и раньше, она помогала Марте на кухне, убирала в комнатах, прислуживала Бригитте и Гансу. Все было, как прежде, но… теперь у нее был Генрих, милый друг. Он был здесь рядом, и она любила его. Лиля повеселела, оживилась, хотя старалась этого не показывать. Она сказала Генриху: « Теперь я все смогу», но как трудно было прятать радостный блеск в глазах, когда эта радость так и рвалась наружу!