Книга Железная рука Императора, страница 32 – Мария Самтенко

В какой-то момент водяной элементаль становится ледяной стеной… а потом тень, соткавшаяся из снега, оказывается у меня за спиной.

Обнимает за плечи, прижимает к себе, шепчет на ухо:

— Знаете, Оленька, мы с вами уже немного устали. Давайте на сегодня закончим.

Я соглашаюсь. Откидываю голову назад, на плечо Степанова, и закрываю глаза. Чувствую, как он обнимает, как бережно прикасается губами к виску, и мне становится до невозможности хорошо.

— А электричество завтра?..

— Как пожелаете, Оленька, – в тихом голосе я слышу улыбку. – А пока пойдемте домой.

Вот такой дворец Бельведер. Фото с сайта МО Низинское сельское поселение

Современное состояние, фото Андрея Потапова

Пансионат возле дворца, фото мои с Андреем Потаповым

А вообще, это действующий объект, можно съездить

После короткого отдыха наступает череда визитов. Начинается, по словам светлости, с самого неприятного – с визита к великому князю Николаю Михайловичу, человеку, который с переменным успехом заменил Степанову отца до восьми лет.

Это старший сын великого князя Михаила Николаевича и Ольги Федоровны, внук Николая Первого, двоюродный дядя Николая Второго. Сейчас ему ровно восемьдесят, и он, надо сказать, мало интересует чем-то, кроме бабочек – Николай Михайлович увлекается энтомологией.

Его жена, Есения Петровна, младше на двадцать лет. Она – тоже член Русского энтомологического общества. Они познакомились на почве увлечения бабочками и поженились. Против воли родных, разумеется – Есения даже не была дворянкой, она стала морганатической супругой Николая. Впрочем, в биографии Николая Михайловича был и роман со шведской принцессой Викторией – царь не одобрил этот брак из-за того, что она, во-первых, была католичкой, а, во-вторых, приходилась Николаю двоюродной сестрой. Влюбившись во второй раз, сорокалетний на тот момент великий князь не стал даже спрашивать. Какое-то время ему светила ссылка за пределы страны, но потом гроза прошла. Царь признал брак и даровал молодой супруге княжеский титул.

Детей у пары не было, и император добровольно-принудительно осчастливил их осиротевшим после смерти матери Мишей, незаконнорожденным сыном последнего владельца Константиновского дворца, Дмитрия Константиновича Романова. Но спустя несколько лет, в тысяча девятьсот восьмом году, у них родился и свой наследник – Василий Николаевич. В детстве мальчик часто болел, и родители отдавали ему всю любовь и внимание. Возможно, из-за этого старший, Михаил, невзлюбил маленького. Какое-то время родители надеялись, что дети найдут общий язык, но становилось только хуже. И когда семья приняла решение переехать в Тифлис, Мишу решили оставить в Петербурге, на попечении у друзей. Вот так Степанов и оказался в другой семье.

Сейчас все разногласия в прошлом, и мальчики прекрасно общаются. Михаилу – тридцать пять, Василию – ровно тридцать, оба серьезные взрослые люди, делить им нечего. Степанов пошел на госслужбу, а Вася взял пример с отца, генерала от инфантерии, и избрал военную карьеру.

Эту историю я узнаю за чаепитием в семье великого князя. Живут они в Ново-Михайловском дворце на Дворцовой набережной, и да, это те самые, что не явились на нашу свадьбу. Глядя на них, я все стараюсь понять, к лучшему это или к худшему.