Книга Любовь вне контракта, страница 29 – Tina Blad

Ника не было уже больше суток. Мы с Крисом задолбались играть в карты. А после полудня он вдруг извинился и сказал, что больше гостить здесь не может — дела зовут. Мы расстались на тёплой ноте, даже договорились как-нибудь собраться ещё раз и сыграть. Я была настолько щедра в тот момент, что предложила привести его зазнобу. Крис хмыкнул, пообещал подумать и, коротко кивнув на прощание, исчез за дверью.

А я осталась ждать. Ждать Ника. Ждать новостей. Ждать хоть чего-то. Я даже из дома не выходила — то ли боялась, что снова придёт старый граф и застанет меня одну, то ли боялась пропустить возвращение своего фиктивного мужа. Однако его отсутствие начало действовать на нервы с каждой минутой всё сильнее. К ночи я уже была готова бить тревогу — что-то внутри буквально вопило о том, что случилось что-то плохое, а я ничего не могла сделать, чтобы помочь.

Я выпила уже не помню какую по счёту чашку чая, бессмысленно глядя в стену, и уже собиралась плюнуть на всё и отправиться спать, когда входная дверь внезапно распахнулась. В неё буквально ввалился граф. Молодой граф. Мой фиктивный муж. Его лицо было бледным, почти бескровным, на лбу выступила испарина, а тёмные круги под глазами делали его похожим на призрака. Он стоял, едва держась за косяк, и я видела, как дрожат его пальцы, вцепившиеся в дерево.

Я настолько перепугалась, что на секунду зависла, словно окаменев. А потом, когда страх отпустил, бросилась к фиктивному мужу и подхватила его под руку, становясь для него опорой. Он тяжело опёрся на меня, и я почувствовала, как сильно дрожит его тело, каким холодным и влажным было его пальто.

Кое-как, молча, мы добрели до его комнаты. Я помогала ему идти, чувствуя, как его дыхание сбивается, как он почти падает от усталости. Когда мы наконец добрались до кровати, я бережно опустила его на мягкий матрас, помогла снять промокшее от дождя пальто и уложила поудобнее. Во второй руке он всё ещё сжимал какой-то свёрток, и я осторожно вынула её из его ослабевших пальцев, отложив на тумбочку.

Он прикрыл глаза, и я увидела, как на его лице проступила глубокая, изнуряющая усталость. Я замерла рядом, не зная, что делать — бежать за лекарствами? Вызвать лекаря? Оставить его в покое? Внутри всё сжалось от страха и тревоги.

Однако мой дар сделал выбор за меня. Я буквально кожей ощутила, что не так с этим дурным мужчиной. Закрыв глаза и сосредоточившись, я почувствовала его боль как свою собственную — глухие внутренние ушибы пульсировали в боку и груди, поверхностные синяки расцветали на коже невидимыми пока гематомами. Его магический резерв был почти пуст, и от этого моё чутьё било тревогу ещё громче. Более того, я снова ощутила те странные, серьёзные нарушения, которые заметила ещё в прошлый раз, — что-то глубокое, тёмное, неправильное, но знаний катастрофически не хватало, чтобы понять, в чём дело.

На его руках и бедре обнаружились глубокие порезы — рваные, воспалённые, и я решила начать с них. Тут я хотя бы знала, что делать.

Я осторожно коснулась его предплечья, и мужчина простонал, дёрнувшись от боли. Кровь уже не шла — видимо, регенерация оборотня смогла её остановить, сомкнув края ран тонкой, уязвимой корочкой, — но на полноценное заживление сил уже не хватило. Я прикрыла глаза, направляя энергию в свои ладони. Тёплое, золотистое свечение разлилось под пальцами, и порезы стали медленно, неохотно затягиваться: края ран сближались, воспалённая кожа бледнела, уступая место молодой, розовой ткани. Мужчине становилось легче — я слышала это по его дыханию, которое постепенно становилось глубже и размереннее. Его заострившиеся черты лица чуть разгладились, спала болезненная гримаса с губ, и тело перестало сотрясаться от мелкой дрожи.