Книга ( Не ) нужная истинная маршала драконов, страница 85 – Мия Галицкая

Столица встретила нас не просто ликованием, а настоящим, безумным, исступленным праздником, который, казалось, никогда не кончится. После долгих месяцев страха, утрат и ожидания новой беды город вздохнул полной грудью. Каждая улица, каждый переулок был засыпан живыми цветами, а воздух дрожал от непрекращающихся криков: «Да здравствует Император Корвис! Слава герцогу Харду! Спасительница Миранда!»

Мое имя, звучавшее в этой оглушительной какофонии, заставляло сердце сжиматься от странной смеси теплой благодарности и острой, щемящей неловкости. Я не чувствовала себя спасительницей. Я просто делала то, что должна была, руководствуясь инстинктом и отчаянной любовью к тем, кто был рядом.

Наш кортеж медленно пробивался сквозь толпу к сверкающему на солнце императорскому дворцу. Я сидела в золоченом экипаже рядом с Хардом, чувствуя, как его твердая, уверенная рука сжимает мою. Он смотрел в окно, его профиль был строг и непроницаем, но я научилась угадывать его настроение по мельчайшим признакам. Сейчас он был настороже. Победа была одержана, но расслабляться было рано.

— Народ тебя обожает, — тихо сказала я.

— Народ обожает победителей, — так же тихо ответил он, не отводя взгляда от улицы. — Наша задача — оправдать эти надежды. Теперь. В мирное время. Это порой сложнее, чем выиграть войну.

Дворец встретил нас торжественной, почти давящей тишиной после уличного шума. Высокие, расписные потолки, мраморные полы, в которых отражались наши изможденные лица, бесконечные анфилады залов — все это величие казалось чужим и нереальным после жизни в походных шатрах. Н

ас с Хардом разместили в личных покоях императорской семьи — роскошных апартаментах, где каждый предмет мебели был произведением искусства.

На следующее утро я проснулась от того, что по привычке потянулась рукой к Харду, но его место было пусто и остыло. Он уже встал — дела империи не ждали. Я лежала, слушая непривычную тишину, и чувствовала легкое движение внутри — наш ребенок напоминал о себе. Это ощущение было волшебным.

В дверь постучали, и в комнату вошла служанка с почтительным поклоном.

— Ваша светлость, вас ожидают портные для примерки свадебного наряда.

Меня охватила легкая паника. Свадьба. Императорская свадьба. Я была к ней не готова.

Пока я пыталась освоиться в гардеробной, дверь приоткрылась, и в щелке показалось знакомое, дорогое лицо.

— Вот это размах, племянница, — раздался добрый, насмешливый голос, который я не слышала так давно и так сильно ждала. — Заблудиться недолго.

Я замерла на месте, а затем, забыв о всех приличиях и о присутствии служанки, с радостным криком бросилась к двери.

— Оливия!

Она стояла на пороге, в элегантном платье, с той же лучистой улыбкой и мудрыми, все понимающими глазами. Мы обнялись так крепко, словно боялись, что это сон.

— Ты здесь! Как? Когда ты успела? — засыпала я ее вопросами, отстраняясь, чтобы еще раз убедиться, что это правда.

— Как-как, на крыльях любви и по приказу самого Императора, — она улыбнулась, оглядывая меня с ног до головы. Ее взгляд стал профессионально-оценивающим. — Такая худющая стала. А тебе нужно заботиться теперь о двоих!

За ее спиной в комнату робко заглянула Нора, моя верная, бесценная Нора. Ее глаза сияли от восторга и легкой тревоги.