Книга Из ЖКХ в маги, страница 68 – Виктория Крафт

— А я? — он посмотрел мне в глаза. — Я тебя получу?

Я улыбнулась.

— Ты меня уже получил. В тот день, когда подарил лошадку.

Он засмеялся — тихо, хрипло, но искренне. И притянул меня к себе. Мы сидели в пару, в тепле, и всё, что было плохого, оставалось где-то за дверью. Впервые за долгое время я чувствовала покой.

Вечером за ужином Гуннар впервые остался наедине с Рудольфом.

Я вышла во двор, чтобы набрать воды, и вдруг услышала грохот. Потом визг. Потом запах палёного. Когда я вбежала в дом, Гуннар стоял посреди кухни, сжав кулаки, а Рудольф забился в угол, прикрывая голову руками. Его левый рукав дымился.

— Он продал тебя! — прорычал Гуннар. — Он отдал тебя Моргану! Как вещь!

— И за это ему уже досталось, — спокойно сказала я. — И ещё достанется. Но не сейчас. Сейчас он нам нужен.

— Зачем?!

— Он знает законы. Он знает, как писать прошения. И он будет писать. Ещё много, много раз.

Я повернулась к Рудольфу.

— Ты будешь писать в департамент. И королю. И приложишь письмо моих родителей. Понял?

Он закивал так, что очки слетели с носа.

— Да-да! Всё напишу! Всё отправлю! Только не жгите!

— Не жги, — бросил Гуннар, отступая. — Но если ещё раз...

— Не будет, — перебила я. — Правда, Рудольф?

— Правда! Клянусь!

Я вышла на крыльцо. Гуннар вышел за мной.

— Прости, — сказал он. — Я не сдержался.

— Я понимаю, — ответила я. — Сама хотела его утопить. Но он полезен. Пока.

— Пока, — повторил он. — А потом?

— А потом посмотрим. Может, и в кочергу.

Он фыркнул. Впервые за долгое время улыбнулся.

Ночью я села на берегу озера. Вода была тёмная, спокойная. Цветные звёзды горели над головой, как рассыпанные драгоценности. Я смотрела на них и думала.

Мы вернулись. Мы вытащили Гуннара. Мы узнали правду о родителях. Теперь нужно заставить правду работать. Рудольф напишет. Я допишу. А потом... потом Моргану, графу и князю придётся ответить. За всё.

Гуннар подошёл и сел рядом.

— О чём думаешь? — спросил он.

— О том, что вода камень точит, — ответила я. — И что теперь нас трое. Вода, огонь и железо. Это уже сила.

— А Рудольф?

— А Рудольф — это бумага, — усмехнулась я. — Тоже нужная вещь. Особенно в таком деле.

Мы помолчали. Потом он взял меня за руку.

— Я ждал тебя, — сказал он. — Там, в рудниках. Всё время ждал. Знал, что ты придёшь.

— Я пришла, — ответила я. — И больше не уйду.

Он сжал мою ладонь. Тёплую. Живую. Свою.

— И я, — сказал он. — Не уйду.

Мы сидели так до самого утра. А утром я разбудила Рудольфа и усадила его за стол.

— Пиши, — сказала я. — Департамент. Король. И копия письма родителей. Пусть знают. Пусть все знают.

Деревня приняла нас тепло.

Наутро после возвращения ко мне потянулись соседи. Марта-рыбачка принесла молоко и свежий хлеб. Агата-вязальщица — тёплые чулки для Гуннара. Егор-рыбак притащил целую корзину окуней. Мельник Олаф прислал муку. Кузнец Матвей заглянул, покосился на Торвальда с Гуннаром и уважительно кивнул:

— Маги, значит. Ну-ну.

Гуннар отсыпался два дня. Торвальд помогал по хозяйству — таскал воду, колол дрова, чинил забор. Я возилась с травами: делала мази, настойки, лечила всех, кто приходил. У Марты опять прихватило спину, у Игната разболелось колено, у вдовы Лидии дочка кашляла. Я разбиралась, как заправский травник, и бабкин травник был мне верным помощником.