Книга Из ЖКХ в маги, страница 66 – Виктория Крафт

— Это для отчётности, — сказал он. — Такие дела... сами понимаете. Указ должен храниться у управляющего. На случай проверки.

Я смотрела на его потные руки и понимала: он забрал указ. Нашу улику. Нашу защиту. А теперь он нервничал ещё сильнее — потому что знал, что маг огня здесь незаконно, и боялся, что его делишками заинтересуются.

— Ведите, — сказала я спокойно. — Отдайте нам человека.

Гуннара привели через несколько минут.

Я увидела его и едва не бросилась навстречу. Он был бледный, осунувшийся, на запястьях — следы от антимагических наручников. Но живой. Шёл сам. И когда он увидел меня, в его глазах вспыхнуло что-то — удивление, радость, недоверие.

— Алевтина? — прошептал он.

— Я здесь, — сказала я. — Всё хорошо. Мы забираем тебя.

Граф засуетился, закланялся:

— Приношу глубочайшие извинения! Произошла чудовищная ошибка! Этот человек... его доставили сюда по недоразумению. Вы же понимаете, рудники — это не курорт...

— Понимаю, — перебила я. — Мы уходим.

— Может, отобедаете? — граф всплеснул руками. — Дорога дальняя, вы устали...

Рудольф открыл рот, чтобы отказаться, но я остановила его.

— С удовольствием, — сказала я.

Обед был накрыт в каменном зале. Стол ломился от блюд: жареное мясо, рыба, сыры, свежий хлеб, вино. Граф суетился, подливал, улыбался, говорил без умолку. Я ела молча. Гуннар сидел рядом. Торвальд косился на охрану. Рудольф давился куском и бледнел.

Под столом я нащупала руку Гуннара.

— Указ, — шепнула я одними губами. — Он у графа. Нужно уничтожить. Тихо. Без пожара.

Он чуть кивнул.

Через минуту я почувствовала лёгкое тепло откуда-то со стороны графа. Тот вздрогнул, потянулся к груди, но я отвлекла его:

— Расскажите, граф, как вам живётся в такой глуши? Не скучно?

— Что? Ах, нет, что вы! — залепетал он. — Рудники — это... э-э... интересное место...

Он не заметил, как в его камзоле тихо тлел указ. Гуннар сжигал его изнутри — медленно, осторожно, по волоску. Без дыма. Без огня. Только тепло. Только пепел.

Когда мы вышли за ворота, указ у графа в камзоле был уже горсткой пепла.

— Хорошая работа, — шепнула я Гуннару.

— Я маг огня, — ответил он. — Могу сжечь и не разбудить.

Мы пошли по дороге. Отошли на полчаса, как за спиной послышался топот копыт.

Я схватила Торвальда за руку, и мы нырнули в кусты у обочины. Гуннар и Рудольф — за нами.

Мимо пронёсся отряд всадников. Их было пятеро. Впереди — высокий всадник с грамотой в руке. Он что-то кричал о королевском указе, об освобождении мага огня.

Мы переглянулись. И расхохотались. Тихо, в кустах, как дети.

— Пронесло, — выдохнул Рудольф. — Пронесло...

— Нет, — сказала я, поднимаясь. — Теперь всё только начинается. Но Гуннар с нами. А это главное.

И мы пошли в сторону тракта. Впереди была дорога домой. И длинная, долгая борьба. Но я знала: мы справимся. Потому что вода камень точит. А нас теперь четверо.

Дорога до деревни заняла три дня.

Мы шли не спеша. Гуннар был слаб после рудников, и я настояла, чтобы мы останавливались чаще, чем обычно. Он не спорил — только хмурился и смотрел под ноги. Торвальд шёл впереди. Я — рядом с Гуннаром.

На ночлеге, когда мы сидели у костра, Гуннар подсел ко мне.

— Расскажи, — попросил он. — Что случилось?

И я рассказала. Всё. Как меня похитили. Как Рудольф объявил, что я выхожу замуж. Как меня вели к алтарю. Как я увидела Моргана — того самого старика из театра. Как меня затошнило. Как вода пришла. Как я затопила зал и сбежала. Как очнулась магом воды.