Онлайн книга «Разбитое сердце узурпатора. Часть 2»
|
А на дне шкатулки лежало письмо. Плотная бумага, знакомый строгий каллиграфический почерк. Я развернула его, чувствуя, как дрожат пальцы. «Я не знаю, прочтешь ли ты это письмо или сразу бросишь его в огонь. Не знаю, захочешь ли вообще держать в руках что-то, написанное мной. Но я должен сказать тебе то, чего не сказал тогда, в горах. Мне все кажется, что не договорил, забыл самое важное… Ты была во всем права. Я то еще чудовище. Не поверил тебе, когда должен был, и позволил своим демонам съесть меня изнутри. Я разрушил все, что было между нами, и даже не заметил, как это произошло. Помню тот день, когда отдал приказ арестовать тебя и твою семью. Я стоял в тронном зале и смотрел, как твоих родителей уводят, считал себя во всем правым, злился и не понимал, что эта злость и есть первый признак предательства. А потом были письма из Холодного дворца, ты писала мне каждый день, а я читал и не верил тебе. Потом даже читать перестал, скинул на секретаря… А еще я помню твою смерть. Ты упала мне на руки, и кровь текла сквозь пальцы, а я выл от злости и ужаса, понимая, что предательница не стала бы закрывать меня собой. Сидел рядом с твоим телом три дня и не позволял никому тебя похоронить. Я смотрел на твое мертвое лицо и пытался понять, где, где же я так ошибся?! Почему?! А потом был запретный ритуал, который стоил мне лица и тела. Я рискнул всем, чего уже добился, потому что без тебя оно вдруг потеряло всякую ценность. Вернулся, нашел тебя, стал Шэном, потому что знал: если ты увидишь Ван Июя, ты не станешь слушать, не дашь мне шанса. И я обманул тебя. Но теперь я хочу, чтобы ты знала: все, что было между нами в горах, в ущелье, в ту ночь, все было правдой. Я люблю тебя, кем бы я ни был — тупым варваром или не менее тупым императором. Теперь ты свободна, душа моя, я больше никогда и ни к чему не посмею тебя принуждать. Но всегда буду любить и ждать, сколько бы ни прошло лет или даже жизней. Ван Июй» Я дочитала письмо и застыла, глядя на ровные столбики иероглифов. Внутри все смешалось: боль, гнев, тоска и что-то еще, хрупкое, как весенний лед. Что ж… Огонек свечи съел бумажный лист с жадностью, слова осыпались невесомым пеплом прямо в душу, отпечатываясь там навсегда. Но это ничего не меняло в моем решении. Несколько дней спустя, когда свадебные торжества были в самом разгаре, а дом полон гостей, я ушла в дальнюю беседку у пруда. Три поклона Юханя и Ваньцин праздновали пышно и радостно, дом шумел смехом и поздравлениями, а я сидела в тишине, крутя в пальцах простую деревянную шпильку. Ван Июй сдержал слово, дал мне все и даже больше: безопасность, абсолютную свободу, мою семью — и ни малейших попыток давить своим статусом. Он отказался от гарема, изменил законы, сделал так, чтобы женщинам в Поднебесной жилось легче. Свобода. То, о чем я так отчаянно молила и в прошлой жизни, и в этой. Но почему же теперь, глядя на ровную гладь пруда, я чувствовала не триумф, а лишь глухую, щемящую тоску по человеку, который готов был сгореть в аду заново, лишь бы уберечь меня от очередной стрелы? Я закрыла глаза и представила его. Не императора в золотом ханьфу, а Шэна. Варвара со шрамами на лице, который смотрел на меня так, будто я была самым важным человеком в мире. Который закрыл меня собой от стрелы, нес меня на руках через горы, шептал, что его место там, где я. |