Книга Разбитое сердце узурпатора. Часть 2, страница 50 – Ива Лебедева, Екатерина Скибинских

— Опасный человек, — прошептала я.

— Опасный, — не стал спорить Шэн. — Но и на него найдется управа. Император о его шашнях знает. Ждут только, когда он совсем потеряет берега и сделает один неверный шаг.

— Шэн, — пробормотала я, чувствуя, как веки становятся свинцовыми, — скажи честно… ты правда думаешь, что завтра все пройдет хорошо?

— Не знаю, что там будет во дворце, госпожа, — тихо, почти шепотом отозвался он. — Но я буду стоять за вашей спиной, что бы ни случилось.

Усталость и страх переплелись в ком и растаяли. Шэн придвинул стул ближе к дверям и низким размеренным голосом стал рассказывать, как Нин Жулань теперь сам таскает ведра с водой из городского колодца, потому что всех слуг у него забрали, а пить хочется.

Под этот его размеренный голос я и провалилась в сон, окончательно забыв про страх перед завтрашним днем.

Запретный город красив всегда, но осенью он как невеста в свадебном покрывале, красный с золотом. Евнухи и служанки постарались на славу, украшая сады и дворики к празднику Циси. Фонарики из тонкой бумаги свисали с веток деревьев, освещая дорожки мягким золотистым светом. В воздухе пахло хризантемами — их поставили в огромные глиняные вазы вдоль всех аллей. Гости в праздничных одеждах неторопливо прогуливались, переговариваясь, смеясь, делая вид, что им легко и весело.

Так знакомо. Так… смешно и страшно? Нет, почему-то больше смешно. Как если бы я взрослая смотрела на игрушечный театр, который мы клеили с мамой из бумаги в мои девять лет.

Я ходила среди гостей, улыбалась, здоровалась, заводила ничего не значащие беседы и все время слышала мягкий шелест за спиной. Шепот не прекращался ни на секунду. Еще бы, после того как меня выставили отсюда при прежней власти после странного инцидента с призраками. Слухи ходили самые фантастические: то ли меня призраки сожрали, то ли я их, то ли вообще это именно мое проклятие привело к падению прежней династии.

Шэн вышагивал на несколько шагов позади, держась на расстоянии, которое не нарушало приличий, но позволяло ему видеть всё, что происходит вокруг. Мы прошли в главный двор, где уже собралось больше сотни гостей. Я заметила несколько знакомых лиц — министры, советники, старые генералы.

В одной из хризантемовых беседок было приготовлено место для императора и его ближайших слуг. Пока оно пустовало.

Я смотрела на это пустое кресло и чувствовала, как сердце начинает колотиться быстрее.

Нет, ни разу не от страха. Чего бояться? Прежняя жизнь закончилась, а вместе с ней ушла и прежняя судьба. Мне было просто… интересно? Любопытно? Немного досадно? Сама не знаю.

Но думать долго не пришлось, свита императора показалась из-за колонн. Заиграла тихая, едва слышная музыка. Все гости опустились в приветственном поклоне, словно их, как тех кукол из бумажного театра, одновременно дернули за управляющую нить.

Император шел неспешно, почти лениво, как человек, которому некуда торопиться. На нем было подчеркнуто простое темно-синее ханьфу, вышитое золотыми нитями. Он улыбался гостям, кивал старшим чиновникам, обменивался короткими фразами с министрами. Когда он проходил мимо меня, я почувствовала на себе его взгляд. Одно короткое мгновение, когда Ван Июй чуть приостановился.

— Барышня Ли, — сказал он не оборачиваясь, — рад, что вы пришли.