Книга Разбитое сердце узурпатора. Часть 2, страница 2 – Ива Лебедева, Екатерина Скибинских

Он был бледнее, чем я запомнила, под глазами залегли глубокие тени от недосыпа. Скулы обозначились резче, будто он недоедал. Но глаза те же. Тяжелые, темные, с этим странным спокойствием, которое тревожило меня раньше, а теперь почему-то успокаивало.

— Вы похудели, госпожа, — сказал он.

Я не поправила его, не сказала «не называй меня так». Потому что за восемь месяцев отвыкла от этого слова и соскучилась. Гуй все побери! Соскучилась!

По нему, по его голосу, по тому, как он произносит «госпожа» — не как титул, как личное имя, которое никто больше не имеет права использовать.

— И ты, — ответила я и сама не узнала свой голос — тихий, какой-то… теплый, что ли. — В столице не кормят?

Шэн усмехнулся. Уголок рта дрогнул, и я заметила новую морщину у глаза, ее раньше не было.

— После переворота поставки продовольствия в столицу нарушились. Даже император, говорят, сухой паек жевал.

— После переворота? Император? — переспросила я. — Какой император?

Это было неправильно. В прошлой жизни Июй пришел к власти гораздо позже! Неужели это я настолько поменяла историю? Но чем?

Шэн оглянулся через плечо, проверяя, нет ли кого за соснами, и сделал шаг ко мне. Запах от него шел знакомый: железо, кожа, полынь. И тот самый, который я не могла описать, от которого внутри все сжималось, когда он проходил мимо.

— Новый, — сказал он негромко. — Мандат Неба получил наследник прежней династии, молодой Ван Июй. Тот, кого считали мертвым. Помните, госпожа, призрак мальчика, которого боялась старая императрица? Не зря, выходит, боялась.

Я замерла. Ван Июй. Имя ударило куда-то под дых, хотя я ждала чего-то подобного. Конечно, он. Кто еще мог провернуть переворот за два месяца? Кто еще знал, кому платить, кого давить? Но почему так рано и так быстро?

Шэн смотрел на меня внимательно. Слишком внимательно, будто ждал реакции.

— Ваш отец, благородный господин Ли, оказал помощь наследнику династии в борьбе за трон.

Я вытаращилась на него:

— Папа? Помог Ван Июю? Как? Зачем? Ты бредишь.

— Не напрямую, конечно. — Шэн говорил спокойно, будто объяснял ребенку, почему небо голубое. — Через доверенных людей. Архивы, помнишь? Те самые, из-за которых императрица хотела вас убить. Они оказались нужны Ван Июю. Доказательства, что он законный наследник, а та старуха на троне — самозванка и преступница.

Он говорил, а я смотрела на его руки. Пальцы сжимали край пояса — жест, который я помнила. Он всегда так делал, когда нервничал, хотя вид при этом сохранял абсолютно спокойный.

— И папа их передал новому императору?

— Косвенно. Передал нужным людям, те дальше. Господин Ли предусмотрительно ничего не подписывал, нигде не светился. — Шэн чуть расслабил пальцы. — Поэтому сейчас он в милости, но не близко. И ближе не рвется. Сам сказал: «Возле трона всегда смерть, нам и так хорошо».

Тут мне возразить было нечего. На папу очень похоже, папа умный.

— А ты? — спросила я. — Ты каким боком?

— Я был при одном из заговорщиков по поручению вашего отца. Охранял. — Шэн пожал плечами. — Когда началась заваруха, пришлось окончательно выбирать сторону. Выбрал ту, которая побеждает.

— Тебя не ранили? — Беспокойство в голосе прорвалось помимо моей воли.

— Повезло. И твой отец прикрывал. — Шэн усмехнулся, но глаза остались серьезными. — Теперь я вроде как в почете. Но по примеру господина Ли в ближние к Запретному городу круги не рвусь, мне и так хорошо.