Книга Пути-дороги. С чистого листа, страница 58 – Алёна Цветкова

— Говори толком, – нахмурился деде, отложив ложку, – что с Агой?

— Нет больше бабки Аги… Вчера в Большой речке безмирника нашли… мужики сено косили, не растерялись, косами-то его и порешили, пока тот спал. Теперь весточку в город подали, так мол и так, нашли, порубили, вреда никакого нет… решили, что не успел он еще ничего. Староста речкинский, Висюл, всех проверил в деревне, все на месте, а про бабку Агу не вспомнил. А сегодня с утра побежали к ней, а там… дверь нараспашку, в доме все порушено, а самой бабки и нет… ни следочка не осталось…

От таких известий мне стало не по себе… Сердце ухнуло в пятки… если кто-то узнает, что я не Лола… и что я была у бабки Аги… потом ничего не докажешь.

Дед вздохнул:

— Пусть Небо Агу примет. Достойная женщина была. Почитай сколько жизней спасла пока за то время, как поселилась у нас… А ты, Лола, не ходи больше одна по ягоды… и, вообще, из деревни ни ногой.

Аништа кивнула, всхлипнула и выбежала из избы, прикрывая лицо рукавом.

— Деда, – прошептала я, стараясь не выдать свой страх, – а кто такой безмирник?

— Ох, дочка, – вздохнул дед, убирая ложку и пояснил, – аппетита что-то нет… Безмирники – это страшные существа. Я сам-то только один раз видел. Да и-то мертвого уже. Вроде на человека похож, но кожа у него вся в чешуе, как у рыбы. За спиной крылья, вроде как у летучей мыши. На еще и рога, как у барана, витые. Да хвост с кисточкой, как у коровы. Уж такой он страшный, Лола, что я когда увидел, чуть от страха не помер. А ведь молодой был, храбрый и безрассудный. А еще они жестокие и беспощадные… даже представить страшно, что он с Агой сделал , – вздохнул дед.

— Ужас какой, – бабку Агу, конечно, было жаль, но облегчение от того, что я совсем на нарисованный дедом портрет не похожа было сильнее, – а откуда они берутся, деда?

— Дак, из других миров приходят… Миров, Лолла, великое множество. И все друг за друга цепляются, кто в одном месте, кто в двух… И если в другом мире в месте зацепки живое существо, магическими способностями наделенное, гибнет, то может его в другой мир перекинуть, чтобы жизнь сохранить. А Фаутала мир особенный. Он в самом центре, как ступица у колеса. И у нас везде есть множество зацепок за другие миры. И оттуда нам постоянно попадают существа другого мира – безмирники…

Теперь мне стало понятно, как я оказалась здесь. Видимо тонула я как раз в месте, где два мира соприкасались.

Дед рассказывал дальше.

— Много веков люди, нелюди и безмирники жили на Фаутале дружно. Они же все маги сильные. Говорят даже, что магия, которая сейчас в нас есть, от безмирников нам и досталась. Кровь-то иногда смешивали. Но однажды несколько безмирников решили отделиться от людей, построить свою страну. Земли они, конечно, выбрали неудобные, в самых высоких горах среди скал поселились, где никто больше и жить-то не мог. И скоро о Безмирье заговорили. И чудеса-то там невероятные, и города красоты неописуемой. И потянулись туда безмирники со всех людских стран. И Безмирье стало самой сильной страной в Фаутале.

Я дожевала кашу и, положив ложу слушала, внимательно, боясь пропустить даже слово..

— А когда я был маленький, как младший Аништов постреленок, собрались людские и нелюдские короли и порешили, что такой сосед им не нужен. И, объединившись, напали на Безмирье. Долго война шла. Отец мой там сгинул, двух братьев старших Небо забрало, – дед тяжело вздохнул, – да, и меня тоже забрали. Но повезло, не успел я до войны-то доехать, повертали нас назад, сказали, мол, все, война закончилась. Я тогда молодой был, глупый, все рвался в бой, хотел было остаться, но встретил случайно Гавура, Динаева отца. Сильно его поломало на войне-то, магия безмирная обе руки ему дотла выжгла. Научил он меня уму разуму, сводил к своим, показал чудище, которое они убили, и я домой вернулся…