Книга Помещица, страница 159 – Алёна Цветкова

— Не совсем так, — покачала головой Груня. — Чтобы уничтожить дело, нужны веские основания: например, ваша жалоба на самовольную отлучку крестьян. Недоимка, Лариса Дмитриевна, всё равно никуда не денется, и кто-то должен нести за неё ответственность.

— А смысл тогда вообще в знакомствах? — нахмурилась я. — Всё это можно сделать и без них.

— Можно, — не стала спорить Груня. — Только поданная жалоба сама по себе ничего не меняет. Жалобу вы подаёте мировому посреднику, а имущество у вас описывает становой пристав. Это два разных человека и два разных ведомства, которые действуют независимо друг от друга. И имеют общего начальника только в лице губернатора. Только он может приказывать и тем, и этим.

— Ясно, — скривилась я. — А знакомство нужно для того, чтобы губернатор вообще озаботился именно моим вопросом…

— Вот видите, — улыбнулась Груня, — вы уже начинаете понимать суть системы.

Я ничего не ответила. Сомнительная похвала, как мне кажется.

— Но вы сказали, что хотите предложить мне другой вариант, — напомнила я начало разговора.

— Верно, — кивнула она. — Потому что, как вам уже говорила, законы писали не полные идиоты. И они предусмотрели вероятность, что какая-то крестьянская община может прекратить своё существование… Например, все умрут от мора… Или разбегутся до того, как новый владелец получит право собственности на купленное или унаследованное имущество.

— Как у меня? — заинтересовалась я.

— Да, — согласилась Груня, — для таких ситуаций есть выход: доказать хозяйственное ничтожество крестьянской общины. И тогда недоимка будет списана ввиду невозможности взыскания. А вы одним махом избавитесь и от угрозы описи имущества, и от крестьянской общины в своём поместье.

— А так можно?! — удивилась я. — Но почему тогда князь не предложил мне такой вариант?

— Потому что, — усмехнулась Груня, — есть много нюансов, которые можно трактовать по-разному. Это первое. Второе: процесс очень долгий и может затянуться до бесконечности, и у вас опишут имущество много раз. Ну и третье: для успешного завершения вопроса вам нужны знакомства гораздо выше, чем с губернатором.

— Но у меня нет таких знакомств, — покачала я головой. — Да и у князя… вряд ли…

— И вы снова правы, Лариса Дмитриевна… Вернее, — теперь моя компаньонка сияла, как начищенный самовар, — у вас их пока нет. Но очень скоро будут.

— Будут? — удивилась я.

— Будут, — кивнула Груня. — И подтверждение тому — сцена, которую я увидела совсем недавно в гостиной. Поздравляю, вам удалось заполучить самого завидного жениха империи. И ваш будущий свёкор — и есть ваш шанс на благополучный исход дела. Ради какой-то помещицы он не пошевелил бы и пальцем, даже если бы о том попросил его сын. Но ради будущей невестки он сделает всё, что в его силах. А в его силах очень многое.

Она говорила, а я чувствовала, как с каждым словом по щекам разливается что-то горячее. И когда Груня закончила, я полыхала ярче самого яркого кумача.

— Но это, — прошептала я охрипшим голосом, — как-то неправильно… Я же с Борисом не ради знакомства… И потом… Всё ещё вилами на воде написано… Борис может и не сделать мне предложение… А его отец может и не принять меня… У меня же нет приданого… достойного…

— О, дорогая моя, — рассмеялась Груня. — Вам совершенно не о чем беспокоиться. У вас есть титул, фамилия и поместье, которое очень скоро будет приносить баснословные барыши. А князь Васильчиков-старший, поверьте мне, ничуть не глупее своего сына. Он сразу поймёт, чего вы стоите на самом деле. И ни за что не упустит такую невестку, как вы.