Книга Сумрачный волкодав и Проклятая фея смерти, страница 21 – Ольга Консуэло

Выяснив все эти подробности, Мьюр сначала удивился, как это он мог пропустить такой неординарный случай, который, как правильно заметил Кин, и впрямь был как раз по его профилю. Но потом сообразил, что в тот год как раз родился Бьёрлиг. Жили они тогда в Дазиесте, маленьком городке на севере Нуэзии, в котором Мьюр отрабатывал по распределению. Лиеста, разумеется, не работала, находясь в отпуске по уходу за ребенком, и денег отчаянно не хватало. Вернее, так считала Лиеста, всегда старавшаяся покупать для себя и своей семьи всё самое лучшее. Мьюр, правда, в этот круг никогда не входил, но осознал это только после развода, когда собирал вещи после продажи их общей квартиры. Оказалось, что его личного имущества было в их общем доме до смешного мало, и всё это были вещи, мягко говоря, недорогие. Как-то так всегда получалось, что практически все деньги он отдавал жене, тратя на себя только необходимый минимум.

А семнадцать лет назад, когда родился Бьёрлиг, постоянные сетования жены на безденежье вынудили Мьюра взять подработку. Конечно, как государственный служащий в выборе источника дополнительного заработка он был серьезно ограничен, вот и пришлось пойти преподавать основы права в Дазиестское политехническое училище — единственное учебное заведение в городе.

Приработок был небольшой, да и времени преподавание отнимало не так уж мало, поскольку, чтобы провести занятие, к нему надо было сперва подготовиться, но других вариантов всё равно не было, поэтому Мьюр, сцепив зубы, терпел и работал на износ, чтобы обеспечить семью. Так что неудивительно, что столичные новости интересовали его в те времена в последнюю очередь, и даже если ему и попалась на глаза информация о проклятой студентке-целительнице, подробностей он не запомнил.

Теперь же ему было неловко за столь явно выраженную неприязнь, не оставшуюся незамеченной Альви, но извиняться было бы тем более глупо, ведь, извинившись, он признал бы, что если женщина толстая из-за проклятия, то ничего страшного, а вот если сама по себе — то она достойна осуждения. Откровенно говоря, раньше Мьюр никогда не замечал за собой такого негативного отношения к женщинам, имеющим лишний вес: в плане близких отношений они его просто не интересовали, а во всех остальных смыслах он всегда и всех оценивал по их личным качествам, а не по внешности. До сегодняшнего дня. И это было очень странно. Настолько странно, что Мьюру хотелось докопаться до причины. И некая идея уже смутно забрезжила в глубине его сознания, но оформиться не успела — в кабинет влетели Кин с Труром и хором выпалили:

— Мы ее нашли!

Рассказывать начал Трур, который поведал Мьюру, что, получив отредактированный портрет девочки, сначала они ничего в ЕИС не обнаружили, ни в полицейском разделе, ни в новостях. Поэтому, разместив в ЕИС информацию о найденном теле, они связались с метеорологами и выяснили, что в Кьярриню в районе полуночи тоже было ясно, но уже к часу ночи небо полностью затянуло тучами, а в час двадцать две пошел снег. Разобравшись с погодой, оперативники решили еще раз посмотреть в ЕИС, а если там по-прежнему ничего не будет, обзвонить полицейские участки, начиная с Восточного, на территории которого находился Кьярриню, ведь даже если родители пропавшего ребенка уже обратились в полицию, информацию в систему могли просто еще не успеть занести. Но не успели — им позвонили из Восточного участка с сообщением, что приметы их жертвы совпадают с приметами пропавшей девочки, заявление об исчезновении которой только что подано ее родителями.