Книга Любовь оборотня, страница 188 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

А однажды ночью Нейт решился. Он никогда не делал таких больших переходов, тем более что пришлось преодолевать воду. Он двигался с «пересадками» — цепляясь за сознание то быстрого оленя, то стремительной птицы. Через реку переплыл в компании с юркой рыбкой. И наконец, оказавшись в Тейне, подтолкнул попавшуюся на пути белочку пробежаться до имения Бранов. Однако заветное окно было темно. И белочка зря прождала, надеясь на чудо. То есть, надеялся на чудо Нейт, а зверек стал невольным соучастником.

Потом Нейт вспомнил, что Тилли фрейлина. И начался путь в королевский дворец. Однако дворец — это не графское имение. Он куда больше. Как найти в нем одну-единственную девушку?

В тот раз Нейт «вернулся» в Тальмер ни с чем.

Во вторую ночь его снова постигла неудача.

И лишь на третью, наконец, повезло.

Он увидел Тилли на террасе. Девушка стояла, озаренная лунным светом.

Невзрачный воробышек порхнул на перила. Проскакал прямо к девушке. Остановился, разглядывая Тилли. То есть, разглядывал, конечно, Нейт — птичьими глазами.

Девушка улыбнулась нежданной гостье, которая не боялась компании человека. Протянула руку. Воробышек прыгнул к ней на ладонь. Тилли засмеялась. И Нейт понял: она не поняла, что он рядом.

Тогда воробышек соскользнул с ладони Тилли, долетел до ближайшего розового куста и сорвал один лепесток. Вернулся и уронил в руку девушки.

Тилли смотрела на лепесток долго, будто читала послание.

— Нейт, это ты? — спросила она, наконец.

Он не мог заставить птицу говорить. Но чириканье воробья получилось такое радостное, что Тилли засмеялась.

— С тобой все хорошо? — спросила она. — Прости меня.

Воробей прошелся по ее руке. Строго чирикнул.

— Но тебе пришлось уехать…

Возмущенная трель.

И тут у Нейта закончились силы. Его просто выдернуло из сознания птицы и утащило во тьму беспамятства.

Он провалялся в постели без сил целые сутки. Даже рукой пошевелить и то не получалось.

Но это было не главное.

Главное — он видел Тилли.

Тилли его помнила. Переживала за него.

Это вселяло надежду.

На следующее утро в дверь начали колотить с такой настойчивостью, что, спустя немалое время Нейт понял: придется все же идти и открывать. С трудом дотащился до прихожей.

На пороге обнаружился Верс Плантаго, за спиной которого стояла Регина Линнель.

— Ну вот, — проворчал Верс. — Никуда он не сбежал. Просто дрыхнет.

Нейт попытался захлопнуть дверь, но сил не хватило. Он сам не заметил, как оказался грубо водворен в гостиную и уложен на диван. Регина укрыла его пледом и попросила у Верса:

— Сходи за чаем.

Разумеется, Плантаго не помчался через полгорода к себе домой, чтобы принести требуемое. Нисколько не стесняясь, он направился на кухню Нейтова жилища. И почти тут же вернулся с кружкой, в которой дымился ароматный чай. Странно, ведь Нейт даже не пытался согреть воду.

— Магическое истощение, — вынесла вердикт госпожа Линнель и строго сказала молчавшему Нейту: — Вы совершенно безответственно довели себя до такого состояния. Пожинайте плоды: теперь Верс будет вас поить.

Плантаго поморщился, явно не обрадованный перспективой.

— Я сам… — начал Нейт.

— О! — хмыкнул Верс. — Гляди-ка, ожил.

И эти двое странных типов присматривали за ним ещё три дня. Верс даже общался с посетителями. Причем Нейт ни разу не слышал, чтобы случился спор или горожанин ушел недовольным.