Книга Монохромный человек, страница 62 – Юлия Поспешная

Они встали перед дверью из-за которой звучали крики и удары.

Максим открыл её пинком ноги.

Я успела увидеть лежащую на полу, избитую женщину в крови и порванном платье.

А он стоял над ней с уже знакомой палкой. На этот раз его палка вся, от вершины до рукояти была щедро измазана кровью.

Кровь стекала по поверхности палки, капала на пол.

Кровь его жены и матери близнецов влажными пятнами блестела на его майке.

Он обернулся на звук и его вытаращенные в неистовой злобе глаза уставились на близнецов.

Он увидел ружье в руке Максима.

Его чудовищно выпученные глаза, ослепшие от оголтелого злобного бешенства уставились на детей.

-Ах вы… выр-родки…-прорычал он толстыми губами, скаля желтые, похожие на семена кукурузы грязные зубы.

Он развернулся. Его объемистое пузо встряхнулось. Сжимая в руках окровавленную палку, он двинулся на них.

-Не-ет…-тихо, слабо прохрипела избитая женщина на полу.

Я, застыв за спинами близнецов наблюдала за происходящим.

Пульс в крови звучал тревожными, нагнетающими тактами.

Ударил гулкий, мощный выстрел. Повеяло горечью пороховых газов.

Их отец вздрогнул всем телом. Он поперхнулся, быстро заморгал глазами, неловко отступил назад. Опустил взгляд вниз.

Прямо на его животе стремительно, быстро расползалось темно-алое пятно.

-Чё…-выдавил он.

Раздался гулкий щелчок. Это Максим Датский надломил ружье.

Ольга, глядя на отца, дрожащей рукой подала брату два патрона.

Максим с отрешенным, отвердевшим лицом зарядил патроны, с цокающим звуком сложил ружье.

Раненый отец, пошатываясь снова двинулся к ним.

-М-мелкие… выр-родки…-на его толстых губах вздувались кровавые пузыри.

Максим Датский поднял ружье и выстрелил во второй раз.

Я увидела вырвавшийся из груди и спины их отца всплеск крови.

Он запрокинул голову, выронил палку. Она со стуком упала на пол, покатилась к стене.

Отец Датских рухнул на колени.

Близнецы зарядили ружье в третий раз.

Подошли к отцу ближе.

Он, стоя на коленях, с присвистом тяжело дыша, опустив руки в пол, с изможденным лицом глядел на них.

В его взгляде появилось удивление и… страх.

Страх вернулся к нему, поселился в нём, овладел им. Страх и уверенность, понимание неотвратимости собственной гибели.

Здесь. Сегодня. Сейчас.

От рук своих же детей.

Максим Датский направил ружье в лицо отца.

-Хватит.-произнёс он холодно и жестоко.

Его сестра вдруг тронула его за плечо. Он оглянулся. Их взгляды встретились.

Девочка протянула руку, взялась за ствол ружья.

Он понял её. Максим отдал ей ружьё, забрал коробку с патронами, сам встал рядом, чуть позади.

Их отец, пошатываясь странно икнул, подавился, закашлялся.

Из его рта хлынула кровь.

-Д-доченька…-прошептал он жалобное.

Ольга вскинула ружье и со злыми слезами на глазах спустила курок.

Выстрел взорвался в комнате, вспыхнул облаком рыжего света.

Их отец упал на спину, с согнутыми коленями.

Они стояли над ним. Оля опустила ружье, заплакала. Максим обнял её, затем подошел к матери.

Я увидела их отца… Он лежал на полу, раскинув руки, в растекающейся луже крови.

Лица у него больше не было. И примерно половины черепа тоже

В коридоре их квартиры послышался звук открываемой двери.

Затем кто-то пробежал по коридору и забежал в эту комнату.

Я увидела застывшего на пороге мужчину.

Он был отчасти похож на отца близнецов. Вероятно, потому, что он был его братом.