Книга Монохромный человек, страница 64 – Юлия Поспешная

Меня скорее просто разбирала саднящая досада из-за тупой боли в щеке, скуле и неудобств, связанных будущим синяком на лице.

Я встала с кровати. Взяла свои вещи с соседней койки. Я была обута.

Я вышла из больничной палаты.

В больничном коридоре было шумно. Повсюду бродили врачи, медсёстры и обычные люди без халатов.

В больнице кипела обыденная будничная работа.

Зачем близнецы привезли меня сюда?.. А… Ну, да… Видимо испугались, когда я потеряла сознание.

Не знали, что со мной делать.

Поэтому, по-быстрому забросили, небось в ближайшую больницу и свалили.

Что ж, главное что меня оставили в покое.

Ай… Да чтоб тебя!..

Я снова скривилась, касаясь своей левой скулы.

Почему люди так редко прибегают к словам, и так часто стремятся объясниться при помощи рук, кулаков, ударов?

Как будто это имеет больший вес, чем убедительные, правильные и честные аргументы.

Я покинула здание больницы.

На улице теплел август. Продолжалось лето.

Оно всё ещё было с нами. Было здесь. Властвовало в Москве, и купало столицу в сияющих лучах солнца.

Я взяла телефон, написала Лерке. Она ответила почти сразу.

Я облегченно вздохнула, блаженно улыбнулась.

Как хорошо, когда есть родная подруга, к которой всегда можно свалить, когда не хочется появляться дома и выслушивать ненужные, лишние вопросы.

А появляться дома с синяком на лице, зная, какой нрав у моего дяди, да ещё учитывая, что сегодня он наверняка будет пьян и не один он… Можно только догадываться, что их бородатая банда может вообще учинить в приступе праведного гнева.

А закончится все печально. Дядю упекут (в лучшем случае) за решетку, а я… а я поеду или в детский дом или назад в «родное» семейное поместье, близ Кракова.

Нет уж… dziękuję bardzo!

Лучше у Лерки пережду пару дней.

Дяде Сигизмунду всё равно ближайшие дни будет не до меня. Сегодня они весь день и ночь будут резаться в покер. А затем ещё день или два отходить.

Как раз за пару дней синяк чуть сойдёт, и при помощи консилера можно будет его успешно скрывать оставшееся время, пока он уже не исчезнет совсем.

Бли-ин… Кожа вокруг глаз конечно пересохнет от такого частого использования. Кожа мне досталась хорошая, нежная, но капризная и очень прихотливая!

Ладно… Это мы всё как ни будь переживём.

Радуясь, своему внезапному избавлению от общества близнецов, я направилась к ближайшей автобусной остановке.

Нужно будет позвонить Стасу.

СТАНИСЛАВ КОРНИЛОВ

Воскресение, 9 августа.

Здание областной психиатрической больницы медленно росло из-за мохнатого, темно-зелёного нароста лесополосы на горизонте.

-Это оно?-Сеня кивнул на угловатое, светло-желтое здание с сине-зелеными полосами окон.

-Да.-кивнул Стас.-Нас интересует отделение усиленного наблюдения.

Арцеулов удивленно вскинул брови.

-Кто эта женщина?

-Эта молодая девушка, девчонка совсем.-ответил Стас.

-И что, она такая буйная, что нуждается в вооруженной охране?

-Сень, она пережила зверское, совершенное с ожесточенным и кошмарным извращением убийство своих родителей.-ответил Стас.-К тому же она была первой, кто их обнаружил в таком… виде, в котором Он их оставил.

Корнилов с хмурым сожалением дёрнул головой.

-Кто знает на, что способен человек переживший такое потрясение?

Сеня не ответил.

Несколько секунд он ехали в молчании.

-Сколько ей лет?-спросил вдруг Арсений.