Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 174 – Диана Фурсова

Торвейн нервничал так сильно, что полчаса рассказывал о каком-то пограничном договоре, прежде чем наконец замолчал и спросил, согласится ли она стать его женой и Луной Северной стаи.

Сайвера потом годами шутила, что на предложение ему потребовалось меньше слов, чем на предисловие.

Торвейн посмотрел на два кольца.

— И слишком поздно понял, что должен был просить совсем о другом.

— О чём?

Он ответил без паузы:

— Стать моей семьёй. На равных условиях. С правом выставить меня из трактира, если опять начну командовать.

Из кухни донёсся голос Иврея:

— Это обязательно запишите!

Торвейн закрыл глаза.

Сайвера посмотрела на кухонную дверь.

— Иврей.

Тишина.

— Выйди.

Дверь медленно приоткрылась.

Показалась светлая голова.

— Я пришёл за водой.

— Ты ушёл наверх.

— Потом захотел воду.

За его плечом появилась Тесса.

— Я говорила, что его поймают.

Торвейн открыл глаза.

— Они всё это время слушали?

— Нет! — хором ответили четыре голоса.

Руэн стоял дальше всех и выглядел человеком, который очень хотел доказать, что оказался здесь исключительно ради спасения остальных.

Ави даже не пыталась.

Она сидела на полу возле кухни с деревянным волком на коленях.

Сайвера медленно посмотрела на каждого.

— Наверх.

— Но…

— Иврей.

— Я только хотел сказать, что право выставлять Альфу надо записать.

— Завтра.

— В брачный договор, — добавила Тесса.

Торвейн тихо сказал:

— С этой частью я согласен.

Руэн неожиданно произнёс:

— Лучше с двумя свидетелями.

Сайвера уставилась на него.

Он пожал плечами.

— После Даймора я тоже люблю копии.

Торвейн прикрыл рот ладонью.

Сайвера не выдержала.

Рассмеялась.

Дети тоже.

Напряжение, которое только что становилось почти невыносимым, рассыпалось в обычном шуме «Старого Порога».

— Все четверо наверх, — повторила Сайвера. — И если через минуту я увижу хоть одно ухо на лестнице, завтра утром будете чистить весь двор.

— Даже Тесса? — спросил Иврей.

— Особенно Тесса.

— Я здесь не живу.

— Значит, приедешь специально.

Тесса первой развернулась.

— Пойдём. Она серьёзно.

Ави спросила:

— А что она ответит?

Руэн взял сестру за плечи.

— Узнаешь утром.

— Почему?

— Потому что если не уйдём, она вообще не ответит.

Сайвера подняла бровь.

— Очень разумный мальчик.

— Я знаю.

Через некоторое время наверху закрылась дверь.

Потом ещё одна.

Скрипнула половица.

Сайвера подождала.

— Всё равно слушают, — сказал Торвейн.

— Конечно.

— Продолжать?

Она посмотрела на него.

— Ты уже спросил.

— Формально да.

— И ждёшь ответа?

— Очень.

Сайвера снова посмотрела на кольца.

За месяцы после развода она много думала о том, чего не хочет.

Не возвращаться в старый дом.

Не надевать знак Луны только потому, что снова любит мужчину, который был Альфой.

Не становиться приложением к его должности.

Не открывать по утрам чужие отчёты просто потому, что когда-то восемь лет делала это лучше всех.

Не позволять любви снова превратиться в обязанность быть удобной.

Теперь впервые требовалось подумать не о том, чего она не хочет.

О том, чего хочет.

Торвейн не торопил.

Сайвера взяла одно кольцо.

Покрутила между пальцами.

— У меня есть условия.

— Разумеется.

— Не говори так радостно.

— Я готовился к гораздо большему количеству.

— Первое. Трактир остаётся моим.

— Да.

— Не «нашим».

Он кивнул.

— Твоим.

— Земля до каменной межи тоже.