Онлайн книга «Герцоги предпочитают блондинок»
|
И Клара разразилась слезами. Не просто заплакала, а разревелась навзрыд, словно долго сдерживала горе. — Перестаньте! — потребовал Рэдфорд. Потянулся было к ней, но вовремя опомнился. — Прекратите немедленно! — Нет! Какой же вы идиот! — У вас истерика, — сказал он спокойно, не обращая внимания на бешено колотящееся сердце. — Не вынуждайте обливать вас холодной водой. Клара снова топнула ногой. — Да я уже м-мокрая, н-несчастный вы кретин! — Замечательно. Только этого мне в жизни не хватало! Взбалмошная женщина вопит и топает ногами, потому что ей не дают сделать по-своему. — Взбалмошная? А вы наглый, высокомерный, невоспитанный… — Час от часу не легче, — сказал Рэдфорд, чувствуя, как внутри зарождается какой-то странный, совершенно неуместный жар. — Теперь приступ гнева на ровном месте. — На ровном месте?! Клара развернулась и схватила со стола свою уродливую шляпку. — Уже уходите? — поинтересовался Рэдфорд. — А как же… — Ненавижу эту вашу снисходительность! — Она стукнула его шляпкой по плечу. — Вы самый невыносимый… — Пихнула кулаком в грудь. — Лучше остановитесь, — предупредил он. — Я пытаюсь остаться единственным нормальным человеком в комнате, но вы чертовски усложняете мне задачу. Да что там: просто невозможно оставаться нормальным, когда рядом с тобой гневная богиня во плоти! Сверкание ее голубых глаз, бледное пламя волос, пылание румянца на щеках… Отбросив шляпку, Клара схватила его за отвороты сюртука. — Какая жалость, что я не мужчина! — вскричала она. — Я бы вам показала! Врезала бы по физиономии, расквасила нос, повалила на землю, а потом… — Нет, серьезно, — сказал Рэдфорд. — Вы убиваете во мне человека разумного. И с этими словами схватил ее за плечи и поцеловал. Глава 5 БАРРИСТЕР …1. Размышляя о своем долге по отношению к клиенту, барристер взвешивает и оценивает уместность своих действий, сопоставляя их с образом действий и с лицом, в интересах коего их предпринимает. «Юрист», том третий, 1832 год Клара знала, как должна поступать истинная леди, если джентльмен позволяет себе недопустимые вольности: сопротивляться и всеми силами защищать свою честь. Но тот, кто придумал это правило, определенно, никогда не целовался с Вороном Рэдфордом! Губы его прижались к ее губам — и в голове, а затем и во всем теле началось что-то невообразимое. Чуждые, неведомые прежде чувства охватили Клару мощным потоком, подняли и завертели, как былинку; и толстый том «Правил поведения истинной леди», золотыми буквами записанный в ее мозгу, в этом смерче рассыпался на листочки, закружился в водовороте и исчез. Клара не оттолкнула Рэдфорда. О нет! Вцепилась в него, как утопающая в спасательный круг. И ответила на поцелуй со всем пылом, доступным при ее недостатке опыта. Точнее, при полном его отсутствии. То, что прежде сходило у нее за поцелуи, рядом с этим было все равно что игра в оловянных солдатиков рядом с Ватерлоо. Выпустив лацканы его сюртука, она подняла руки и обхватила его за шею, привстала на цыпочки, чтобы прижаться теснее. С каким-то хриплым горловым звуком он скользнул ладонями по ее плечам вниз, вдоль пышных рукавов. Хотел отстраниться, но она была еще не готова. Она прильнула теснее — и, секунду поколебавшись, он положил руки ей на талию и притянул к себе. Поцелуй стал решительнее, пламеннее, словно Рэдфорд решил раз и навсегда изгнать из ее памяти воспоминания обо всех предыдущих поцелуях и запечатлеть свой. И в памяти, и в теле, в коем неведомые и чуждые ощущения стремительно переплавлялись в восторг… блаженство… жажду чего-то большего. |