Книга Герцог и гувернантка, страница 59 – Элоиза Джеймс

Она сидела бы у него на коленях, а он уткнул бы подбородок в ее взъерошенные волосы… и что-то внутри подсказывало: близость ее теплого тела отогнала бы сны о войне очень, очень далеко.

— Я все для вас приготовила, — сказала она уже не таким сонным голосом. Она вытащила одну руку из-под одеяла и махнула в сторону камина.

Рядом с собой Норт увидел тарелку с хлебом, не слишком ровно нарезанным, кувшин золотистого нагретого меда и растаявшее масло на тарелке — невысокий бесформенный холмик, окруженный рвом.

— Сделать и для вас? — спросил он.

— Не откажусь, — ответила она, подбирая под себя ноги. — Мне снилось, что я снова в Лондоне, на балу. Казалось бы, это должен быть кошмар — но нет, во сне мне все нравилось.

Норт тем временем нацепил на вилку первый кусок хлеба. Итак, Диана знала, что он придет. Определенно, это тревожный знак. Будущий герцог навещает по ночам гувернантку. Гувернантка уверена, что лорд придет, и оставляет дверь открытой.

— А я был в вашем сне? — Резонный вопрос: в конце концов, в прошлом они были помолвлены. И вплоть до ее приезда в замок Линдоу по случаю помолвки все их беседы проходили в бальных залах и вращались вокруг балов.

И еще вокруг его поучений о роли и обязанностях герцогини, напомнила ему совесть. Но не хотел же он доставать ее поучениями! На самом деле он просто…

Просто доставал ее поучениями. Черт бы его побрал.

— Да, во сне я видела вас, — ответила она.

Склонившись над огнем, он ждал продолжения.

Диана наклонилась вперед, изящным пальцем коснулась его плеча.

— Что же, вы ни о чем не спросите?

Норт повернул голову. Медленно, осторожно — ведь на таком расстоянии он легко мог бы, наклонившись, ее поцеловать. Диана, мастерица безрассудных жестов, разумеется, ничего такого не предполагала. Он видел, как расширились ее глаза, слышал, как пресеклось дыхание, когда их лица оказались совсем близко друг к другу.

«Я мог бы зацеловать тебя до безумия!» — рычало что-то внутри него. Но лицо Норта оставалось бесстрастным.

— Надеюсь, во сне я вел себя вполне благопристойно?

Диана откинулась в кресле, словно и, не замечая, как пылают у нее щеки.

— Вы прекрасно танцевали, лорд Роланд. Как всегда.

Норт прищурился.

— Только высокого парика на вас не было, — торопливо добавила она. — Ни парика, ни шелкового камзола вместе с облегающими… — И она неопределенно махнула рукой в сторону нижней части его тела.

— Облегающими… чем? — спросил он, и в голосе невольно прозвучала улыбка.

— Бриджами.

— Кажется, юные леди не должны замечать таких вещей.

— О, это все замечают! — Она свернулась в кресле клубочком и обхватила руками колени. — Думаю, именно такого внимания вы и желали. С какой стати джентльмену надевать облегающие бриджи, если он не хочет привлечь интерес дам?

— Я готов пожалеть о том, что лишился новой пары, — заметил он.

— Какой пары? Чего вы лишились?

— Будл приготовил для меня пару желтых — нет, шафрановых бриджей, однако стоило их натянуть, как они тут же разошлись по шву.

Диана рассмеялась; этот звонкий смех омыл его душу и согрел теплее огня.

— И эту пару, и все остальные Будл увез с собой в Лондон. После того, как я сказал, что никогда больше ничего подобного не надену, — добавил Норт точности ради.

Диана изумленно открыла рот.