Книга Любить Палача. Обратный отсчёт, страница 33 – Ian luv

Если я уйду, я стану убийцей. Не с помощью ампулы, а своим бездействием. Я позволю ему умереть.

И что-то внутри меня — может быть, та самая часть, которую он еще не успел сожрать, или, наоборот, та часть, которая уже проросла в него, — взбунтовалась.

Я не хотела быть жертвой. Но я не хотела быть и палачом.

Я выдернула руку из кармана. Ампула блеснула в свете ламп.

Демьян замер, увидев стеклянный пузырек.

— Что это? — спросил он, тяжело дыша. Таймер: 00:01:45.

— Подарок Волкова, — сказала я твердо, хотя голос дрожал. — Блокатор. Если я дам тебе это, или если просто уйду... ты умрешь.

Демьян усмехнулся. Горько, криво.

— Так давай. Разбей, вылей, заставь меня выпить. Сделай это, Рина. Заверши гештальт.

Он раскинул руки, открываясь. Беззащитный. Ждущий удара.

Я посмотрела на ампулу. На прозрачную жидкость, обещающую мне спасение.

А потом размахнулась и с силой швырнула ее в стену.

Звон разбитого стекла прозвучал как выстрел. Осколки брызнули во все стороны, мокрое пятно растеклось по венецианской штукатурке, моментально впитываясь и оставляя темный, уродливый след.

Демьян вздрогнул. Он смотрел на пятно, потом на меня. В его взгляде было полнейшее непонимание.

— Зачем? — прошептал он. — Ты могла уйти.

— Я не уйду, — сказала я, делая шаг к нему. — Не так. Не сегодня.

— Ты дура, — выдохнул он. Таймер: 00:01:10. — Ты сдохнешь со мной.

— Заткнись, Калашников.

Я подошла к нему вплотную. Встала на носочки, превозмогая слабость в ногах, и положила ладони ему на шею. Его кожа была горячей, пульс бился под пальцами как пойманная птица.

— Ты не умрешь, пока я этого не разрешу, — прошептала я, глядя в его расширенные зрачки.

Я потянула его к себе.

Демьян сопротивлялся секунду. Одно мгновение он стоял жестко, пытаясь отстраниться, пытаясь спасти меня от самого себя. Но инстинкт выживания оказался сильнее благородства. Проклятие Асадова было голодным зверем, и оно почуяло пищу.

Он издал сдавленный стон, обхватил меня за талию, прижимая так сильно, что у меня перехватило дыхание, и впился в мои губы.

Это не было поцелуем любви. Это была реанимация.

Вспышка боли ослепила меня. Она пронзила грудь, выкручивая суставы, высасывая воздух из легких. Мне показалось, что мое сердце остановилось, пропуская удар, чтобы отдать его энергию ему.

Мир вокруг померк. Остались только мы двое в центре стеклянной башни. Я чувствовала, как жизнь вытекает из меня, переливаясь в него, как ток по оголенным проводам.

Седая прядь у виска запульсировала холодом.

Но я не отстранилась. Я вцепилась в его плечи, удерживая нас обоих на краю.

Над его головой цифры, которые только что стремились к нулю, дрогнули.

00:00:50...

00:01:30...

00:02:45...

Они начали расти. Медленно, неохотно, но расти.

Когда он наконец оторвался от меня, я рухнула бы на пол, если бы он не держал меня. Демьян дышал тяжело, с хрипом, как утопленник, которого вытащили на берег. Его лицо порозовело, тени под глазами стали менее заметными.

Таймер замер на отметке 00:06:20.

Мы стояли, обнявшись, посреди огромного холла. Разбитая ампула пахла чем-то химическим и горьким.

— Зачем? — снова спросил он, уткнувшись лбом мне в макушку. — Зачем ты это сделала?

— Потому что Волков не получит того, что хочет, — прошептала я в его рубашку. — И потому что я еще не решила, кто из вас большее зло.