Книга Измена. На острие боли, страница 25 – Виктория Снежинская

Не женщине, которую любил. Не своей жене.

Почему?

Потому что было проще. Потому что гнев легче боли. Потому что ненавидеть — проще, чем ждать.

Я ненавидел её. Несколько месяцев — пока не узнал, что она умерла.

И тогда ненависть превратилась в то, что ещё хуже.

В вину.

Элина шевелится рядом. Просыпается.

— Не спишь?

— Нет.

— Что-то случилось?

— Нет.

Она садится. Смотрит на меня в темноте.

— Ты был на кладбище?

Я не отвечаю. Не надо.

— Саша...

— Не сейчас, Элина.

— Пятнадцать лет, — говорит она тихо. — Пятнадцать лет ты ходишь на её могилу. А я...

— Не сейчас.

Она замолкает. Ложится обратно. Отворачивается к стене.

Между нами — пропасть. Пятнадцать лет пропасти. Мы спим в одной кровати, живём в одном доме, носим одну фамилию.

И совершенно чужие друг другу.

Я встаю. Иду в кабинет. Наливаю виски — двойной, без льда.

На стене — фотография. Мы с Элиной, свадьба, улыбки для камеры. Красивая пара. Идеальный брак.

Ложь. Всё — ложь.

Рядом — другая фотография. Маленькая, в серебряной рамке, спрятанная за книгами.

Оксана.

Её улыбка. Её глаза. Её руки на моих плечах.

Мы были счастливы. По-настоящему, до боли. Я думал — навсегда.

А потом — арест. Приговор. Смерть.

И я — остался.

Жить. Дышать. Существовать.

Потому что умереть — слишком легко. Слишком просто.

Надо нести крест. До конца.

Утром я звоню Маргарите.

— Назначьте повторную встречу с Весниной.

— Когда?

— Как можно скорее.

Пауза.

— Вас заинтересовал проект?

Проект. Да. Конечно.

— Да, — говорю я. — Очень заинтересовал.

Кладу трубку.

Смотрю на своё отражение в тёмном экране телефона. Лицо человека, который давно умер внутри. Который ходит, говорит, работает — но не живёт.

Мирослава Веснина.

Холодные глаза, острые скулы, жест — рука тянется поправить волосы, которых нет.

Кто ты?

Откуда ты?

Почему — больно смотреть на тебя?

Элина Время: Настоящее, октябрь 2025

Я увидела её на фотографии.

Маргарита прислала отчёт о встречах Александра за неделю — я прошу об этом регулярно, она думает, что для дела. Деловые контакты, потенциальные партнёры, имена, лица.

И среди прочих — она.

Мирослава Веснина. Платиновый блонд, холодные глаза, острые скулы. Красивая. Слишком красивая. Опасно красивая.

Меня затошнило.

Я знаю этот тип. Ледяные стервы, которые берут мужчин одним взглядом. Которые не суетятся, не просят, не умоляют — просто смотрят. И мужчины падают к их ногам.

Александр — не исключение.

Я видела, как он смотрит на эту фотографию в телефоне. Думал, я не замечаю. Думал, я сплю. А я лежала рядом, с закрытыми глазами, и слушала, как он листает галерею. Раз за разом. Раз за разом.

Её фото.

Он сохранил её фото.

Пятнадцать лет.

Пятнадцать лет я выстраивала эту жизнь. По кирпичику, по камню. Дом, семья, репутация. Всё, что у меня есть — я создала сама. Своими руками. Своей кровью.

И одна женщина — одна встреча, одна фотография — может всё разрушить?

Нет. Не позволю.

Я сижу в своём кабинете — галерея современного искусства, мой личный проект. Смотрю на экран ноутбука. Ищу информацию.

Мирослава Павловна Веснина. Тридцать девять лет. Компания «Веснина Инвест». Инвестиции в недвижимость.

Биография — скудная. Родилась в Саратове. Училась в Москве. Работала в разных компаниях.

До 2010 года — ничего.

Пятнадцать лет назад.