Книга Ты умрёшь, если вспомнишь меня, страница 30 – Александра Ветрова

— Что случилось? — спросила я, чувствуя, как холод пробегает по спине.

Он замолчал на мгновение, и я слышала, как он дышит. Затем он сказал тихо, почти шёпотом:

— Ты попыталась убить меня, Аня. Ты не помнишь этого, но это правда.

Мир остановился. Слова повисли в воздухе, тяжёлые, как камни, и я не могла осмыслить их. Я смотрела на маму, которая стояла у двери, и видела, как её лицо искажается от ужаса. Она тоже слышала.

— Что ты говоришь? — прошептала я, и голос мой был чужим, хриплым.

— Ты была в депрессии, — сказал он. — Глубокая клиническая депрессия, которая переросла в психоз. Ты видела угрозы там, где их не было. Ты думала, что я хочу убить тебя, что я хочу контролировать тебя. Ты боялась меня, хотя я никогда не причинял тебе зла. А потом, в один из вечеров, ты взяла нож и попыталась перерезать мне горло. Я едва успел увернуться. Ты поранила себя в той борьбе — на руке остался шрам. Тот самый шрам, который ты носишь до сих пор.

Я машинально коснулась левой руки. На внутренней стороне предплечья был тонкий белый шрам, о котором я никогда не задумывалась. Я думала, что это след от аварии. Но шрам был старым — гораздо старше, чем полгода.

— Ты врёшь, — сказала я, но в голосе моём уже не было уверенности. — Ты врёшь, чтобы оправдать себя.

— Я хотел бы врать, — сказал он. — Я хотел бы сказать, что это я был чудовищем. Но нет, Аня. Чудовищем была ты. Ты была больна, и я пытался тебя вылечить. Я водил тебя к врачам, я давал тебе лекарства, я пытался помочь тебе. Но ничего не помогало. Ты становилась только хуже. Ты переставала спать, переставала есть, переставала разговаривать. Ты жила в своём мире, и я не мог пробиться к тебе. А потом — авария. Ты решила покончить с собой. Ты специально врезалась в дерево. И ты чуть не погибла.

Я закрыла глаза, и передо мной встали образы. Я видела себя за рулём, видела, как мои руки сжимают руль, видела дерево, которое несётся на меня, и я не пыталась остановиться. Я ждала удара. Я хотела его. И в этом желании не было отчаяния — только пустота. Полная, всепоглощающая пустота.

— Когда ты выжила, — продолжал он, — врачи сказали, что у тебя повреждён гиппокамп. Что твоя память может не восстановиться. Но они также сказали, что психоз ушёл. Что травма, возможно, перезагрузила твой мозг, и ты стала той, кем была до болезни. Я был так счастлив, Аня. Я думал, что ты вернулась ко мне. Но ты не помнила ничего. Ты не помнила болезнь, не помнила попытку убийства, не помнила нашу любовь. Ты была чистым листом. И я сделал выбор.

— Какой выбор? — спросила я, чувствуя, как внутри меня всё рушится.

— Я решил не говорить тебе правду, — сказал он. — Я решил защитить тебя от той боли, которую ты испытала бы, если бы узнала, что ты сделала. Я хотел, чтобы ты была счастлива. Я хотел, чтобы ты жила без этого груза. Я скрыл от тебя, что мы женаты, потому что боялся, что это может спровоцировать рецидив. Я скрыл от тебя твою мать, потому что она напоминала тебе о том, кем ты была. Я делал всё, чтобы сохранить тебя в безопасности, даже если это означало, что я должен быть злодеем в твоих глазах.

Я открыла глаза. Слёзы текли по моим щекам, и я не вытирала их. В комнате было тихо, только моё дыхание и шум дождя за окном. Я смотрела на маму, и её лицо было искажено болью. Она не опровергала его слов. Она плакала.