Книга Предатель. Буду счастлива без тебя, страница 21 – Тая Наварская

Поверить не могу! Неужели Марк уже успел промыть мозги нашему сыну? Вчерашнему школьнику?! Да что не так с моим будущим бывшим мужем?! Куда подевались его нравственные ценности?!

Или, может... Их никогда и не было?

Все эти годы, столько, сколько себя помню, я смотрела на Марка влюбленными глазами. Видела в нем соратника, единомышленника, друга... Я никогда даже не задумывалась, какой он человек: хороший или плохой? Порядочный или бесчестный?

Я воспринимала его поступки через призму собственных чувств, не давая им какой-то морально-этической оценки. Поэтому сейчас мне сложно понять: всегда ли Марк был таким подонком? Или просто стал им со временем?

Андрей не спешит с ответом. Тупит взор и заламывает пальцы. И этого вполне достаточно, чтобы осознать утешительный факт: он был в курсе похождений отца.

— Слушай, я тоже не в восторге от происходящего, – выпаливает сын, как бы оправдываясь. – Но вы мои родители. Оба! И я вас обоих люблю. Поэтому не хочу, чтобы вы расставались...

— Надеюсь, ты никогда не познаешь горечь предательства, – говорю со скорбью. – Потому что это очень-очень больно.

— Мам, ну ты чего? – сын протягивает руку по столу в попытке поймать мою ладонь, но я одергиваю пальцы.

Не хочу. По крайней мере, не сейчас. Мне нужно время, чтобы пережить еще один удар.

— Как давно ты знаешь?

— Что?..

— Как давно ты знаешь, что отец мне неверен? – произношу членораздельно.

— Мам...

— Отвечай.

— Пару месяцев... – отвечает нехотя. – Или около того.

Прикрываю веки.

Это невыносимо. Как сотни игл, одномoмeнтно вогнанных в кожу.

— Ты не думай, я поначалу тоже в бешенство пришел, – продолжает сын. – Претензию ему выкатил! Но отец заверил, что это никак не скажется на ваших отношениях. Что он любит только тебя. И что связь с этой... девушкой – это просто удовлетворение физиологических потребностей. Дескать, когда вырасту, я непременно его пойму...

Болезненная невеселая усмешка растягивает губы. Ну Марк, ну первостатейный подлец! Мало того, что сам пользуется какой-то ущербной идеологией, так еще и внушает ее нашему сыну! Да кастрировать за такое мало!

— Послушай, Андрей, – я открываю глаза и фокусирую взгляд на взволнованном лице сына, – есть одна вещь, которую тебе обязательно нужно запомнить. Не все мужчины изменяют. Не все мужья предают. Есть те, кто верен своему выбору до конца. Это цельные и сильные люди, которые не оправдывают свое распутство физиологией. Они берут на себя ответственности и идут по жизни с гордо поднятой головой. И за это их уважают люди. И за это они могут уважать сами себя. Я больше всего на свете хочу, чтобы ты стал именно таким мужчиной. Я верю, ты сможешь. А если нет… Что ж, пусть тебе хватит сил быть честным. И открыто признаться своей половинке в том, что любовь прошла.

Андрей сглатывает. Рвано выдыхает и опускает взгляд на свои слегка подрагивающие руки, лежащие на столе.

Я вижу, что он меня услышал. Вижу, что уловил смысл произнесенных мной слов. И, пожалуй, в текущей ситуации это самое главное. Ибо наши с Марком отношения уже не спасти. А его с его будущей избранницей – еще можно.

Самочувствие стремительно ухудшается. Мигрень полностью завладевает головой, а дурнота, с которой я все это время боролась, окончательно берет верх.