Книга Любимая для Грома, страница 66 – Надежда Борзакова

— Я вообще не понимаю, о чем вы.

— Кладбище, Беркут… Красиво влезла.

Я не поверила ушам. Нет, серьезно? Если раньше я изо всех сил пыталась держаться максимально нейтрально, то сейчас всю толерантность развеяло раздражение.

— Я всего лишь пыталась не допустить скандала. И все. Извините, если помешала это сделать вам.

— Ты понятия не имеешь, кто этот человек.

— Вы ошибаетесь.

— Пятнадцать лет назад он едва не уничтожил нас всех. Тогда погиб отец Вовы. Тимур остановил его чудом. Мы думали, что он мертв…

Серые глаза смотрели сквозь меня. В те далекие дни, ужасные события которых прятались за скупыми словами.

-… теперь он вернулся. Сильнее, опаснее. И уже начал мстить. Мы теряем активы…

— Тогда вдвойне странно, что вас беспокоит какая-то там мнимая власть, Диана, - перебила я. - В такой момент наша задача помочь им сделать так, чтоб больше никто не погиб.

— Красиво говоришь. Сладко. Вот только… Среди нас крыса. Именно потому он подобрался настолько близко.

— И вы думаете… Что это я?! - я обомлела.

— Нет причин? - проговорила женщина, сверля меня взглядом.

— Вам виднее.

— А тебе бы увидеть, что если это так, то ты уже мертва. Как и предыдущая… Влас ее из страны выслал, пожалел. А Тимур приказал найти и наказать. Но то была она-никто и звать никак. Дырка на несколько ночей по случайности услышавшая лишнее. Ты же-она скривилась,- окрутила его. Влюбила до смерти. Предашь… Тебя он не пощадит.

И медленно поднявшись из-за стола она вышла.

Я не думала, никогда не думала о том, что случилось с той девчонкой, что сдала тогда Власа. Он пощадил, а Тимур-нет.

Я не могла понять, что именно чувствую, как отношусь к услышанному. Я все еще видела забрызганное кровью платье и мертвые глаза подруги, слепо смотревшие в пустоту. Видела с каким триумфом Беркут явился на кладбище-один, без охраны. Показывая, что бояться ему некого. Помнила кровь Власа на своих руках…

*****

-… так, может, тогда все? Акела промахнулся? Пора на покой?

— Ты что, щенок, несешь? Сопли подбери! В руки себя возьми, ты мужик или кто?

— Я? Я рук врагам не жму…

Влас, Тимур и Вова стояли посреди залы. Нависая друг над другом, словно враги. Глеб и Марк, готовые в любом момент остановить потасовку, рядом. Женщины испуганно застыли за столом.

— Тебе понты нужны или месть? Ты свали, разберись, скажешь потом, - глаза Власа метали молнии.

— Да свалю! Окончательно! И разберусь сам!

— Ворон, не тупи, - подал голос Марк.

Тот замахнулся, но потерял равновесие. Его скрутили, свалили на пол под сдавленные ругательства.

— В подвал отведите, пусть сидит, - выплюнул Тимур.

— Ты трус, понял? - Вова сплюнул на пол. - Крестный отец, ебта!

Марк и Глеб вытащили его из залы. Я закрыла лицо руками. Господи, как это плохо. Ругаться между собой в такой час-хуже некуда.

— Я домой уеду, - проговорил Влас.

Тимур кивнул.

Я сразу же подошла к Власу, взяла его за руку. Холодная, как и моя. Почувствовала, как его трясет от злости.

Мы подхватили пальто, вышли под снег.

— Влас, я поведу, - сказал Андрей, видя, что тот направляется к водительской двери.

— Сам. Сзади поедете, - отмахнулся Влас.

Сел за руль, пристегнулся. Я забралась на пассажирское. Влас завел мотор и плавно вырулил за ворота. И ехал так же-медленно, не превышая. Молча глядел стеклянным взглядом в темноту. Так хотелось его обнять, но я не двигалась, боясь разрушить трещащий по швам самоконтроль. И так остальные уже увидели слишком многое… И так всем и каждому понятно, как сильно шатается неприступная ранее крепость.